Маг полуночи

Давай, брат Мефа! Отвечу, пока добрая.

– Есть. Пистолет заряжен? – с любопытством спросил Мефодий.

– Чего? Какой пистолет? А, этот! Еще б я помнила! Сейчас проведем следственный эксперимент! – Улита тщательно прицелилась в лоб своему зеркальному отражению и нажала на курок. Прогремел выстрел. Зеркало разлетелось вдребезги. Пуля срикошетила о стену. – Прямо в лоб! Ну разве я не умничка, разве не красавица? – удовлетворенно сказала Улита.

– Улитка! Не бузи! Сейчас нахлынут комиссионеры и суккубы с квартальной отчетностью! – сердито крикнул из своего кабинета Арей.

Дверь в его кабинет была закрыта, что не мешало ему отлично слышать все, что происходит в приемной.

Улита выронила пистолет.

– О нет! Я забыла об этих идиотах! Они у меня из головы вывалились. Можно я хотя бы Мефа припрягу? В конце концов, он наш новый сотрудник. Так или не так? – простонала Улита.

Из-за дверей пахнуло серной отдышкой. Арей задумался.

– Отлично. Малыш должен привыкать к нашей работе. Пускай сядет за второй стол и тоже принимает отчеты.

В наше время умение отшивать комиссионеров важнее артефактологии и рубки на мечах, – наконец решил он.

Мефодий неохотно сел за соседний стол, с которого нетерпеливая Улита мигом скинула на пол все бумаги.

– А кто такие эти суккубы и комиссионеры? Как я их отличу? – спросил он.

– Запросто, – сказала Улита. – Их и отличать нечего. Вначале прибудут суккубы. Это такие слащавые шустрики, их ни с кем не спутаешь. Они отвечают за любовные сны и всякие видения, в которых происходит перекачка магической и психической энергии.

Кроме того, они очень неплохо раздобывают эйдосы для дархов. Понял?

– Не-а! Понял только, что психи какие-то! – нагло сказал Меф.

Улита подперла ладонями толстые щеки."

"– Объясняю просто и популярно. В стиле энциклопедии для недоразвитых. Положим, парень из далекого города полюбил известную певичку. Разумеется, шансов у него никаких, и денег на билет нету, и вообще она из группы «Тук-тук». В смысле, такая же умная. Ну а парень изводится, силы теряет, чахнет.

Певичка для него дороже жизни. И вдруг эта певичка приходит к нему в полусне-полуяви, начинает обнимать его, ласкать и говорить: «Я люблю тебя! Я давно мечтала о таком вот славном парне. Только прежде, чем я тебя поцелую, сделай мне пустяковый подарок: отдай мне свой эйдос! Скажи просто «да», и все!» Парень и отдает, даже не зная толком, что это такое. Тут простого слова часто достаточно. Отдать-то эйдос одна секунда, а вот вернуть… Ну а суккуб хвать эйдос и испарился.