Маг полуночи

В гостеприимном Эдеме древние народцы быстро освоились, поделили его на сектора – русский, западный, китайский, индийский, вскоре перессорились и теперь то и дело вступали в стычки. До серьезных столкновений не доходило лишь стараниями хранителей.

Вопрос, мудро ли было приглашать в Эдемский сад древние народцы, оставался одним из самых болезненных вот уже около сотни лет. С одной стороны, это были нежить и нечистые духи, с другой – времена изменились, и те, кто некогда властвовал над топями и пущами, теперь явно нуждались в защите и покровительстве.

* * *Внезапно высоко, под прозрачным куполом небес, возникло белое пятнышко. Оно становилось все различимее. Приглядевшись, Дафна поняла, что это один из стражей, причем не рядовой, а гонец из Дома Светлейших. Это было видно уже по размаху его белоснежных крыльев, который почти в полтора раза превосходил размах крыльев самой Дафны. Даф испытала нечто подобное профессиональной зависти. Чем шире размах крыльев, тем больше фигур высшего пилотажа можно сделать.

К тому же Дафна ощущала легкое беспокойство. Таких гонцов не посылают в магвазинчик за склянкой эфирного масла. Он явно нес кому-то важное послание.

«К кому это он?» – подумала Дафна, заметив, что гонец, описывая круги, постепенно снижается.

– Да будет свет! – приветствовал ее гонец.

– Да сгинет мрак! – испуганно произнесла Дафна вторую часть приветствия.

Третья часть приветствия звучала: «Да воспылают рвением сердца!» – и должна была произноситься тем же, кто произнес первую, но ее обычно опускали для краткости. Кому угодно надоест слушать весь день одно и то же – стражи света не были исключением. Вот и теперь гонец сразу перешел к делу.

– Дафна, страж № 13066, третий дивизион света? – спросил он.

– Ну… э-э… в общем, да… – сказала Дафна.

– Генеральный страж Троил требует тебя к себе! Вызов первой срочности! Дом Светлейших, третье небо! – сообщил гонец и, набрав высоту, стал таять в кучевых облаках.

– Эй! А когда нужно быть? – крикнула ему вслед Дафна.

– Немедленно! – откликнулся голос из облака.

Даф стало не по себе. «Что я такого натворила?» – забеспокоилась она.