МАГ 7 (возвращение)

Я сразу подсел к парням и провел с ними вечер, теперь уже делясь своими рассказами с остальными соседями, уже наслышанными о крутом парне, пришедшем зимой из-за перевалов.

В своем роде — героической личности!

Уже ночью, в своем номере, я, наконец, почистил зубы советской, неказистой щеткой и побрился, использовав в качестве пены кусок туалетного мыла. Освежил щеки ресой из стопки и долго стоял, смотря в окно, где перед трактиром опять нашлись желающие поговорить друг с другом по душам.

Гриты в трактире не оказалось, каравана купцов астрийских тоже, так что, разбираться мне вышло не с кем особенно, вот я и не стал показывать свое умение.

Тем более, ставки, как я понял, только начинают здесь собирать и тема еще совсем не раскручена, в коробке лежит немного серебра и это — на самый главный, финальный бой этого вечера.

Бить свои кулаки о лбы здоровенных лесорубов, ради пары десятков серебрушек, это — увольте!"

"Так, было пару раз, что на Охотников недобро смотрели разные темные личности и что-то там себе бормотали, только и парни эти поползновения бдительно не оставили без внимания.

Самого наглого недоброжелателя, с на редкость отвратительной рожей, признали, как давно разыскиваемого мелкого нарушителя и поступили, как с серьезным злодеем. Вытащили из-за стола таких же, как он, похоже, подонков, вырубили с ходу, подержав кинжалы перед рожами остальных, спокойно подождали, найдутся ли смелые и безрассудные по пьянке.

Таких — не нашлось и парни удалились, волоча потрепанного жулика.

После чего откровенно злобные взгляды оставшейся компании переместились на меня, оставшегося сидеть в одиночестве за столом, что, естественно, мне, уже под хорошей дозой алкоголя, не понравилось. Я не стал себя сдерживать, опрокинул последнее пиво, заказал у девки еще кружку в номер и подошел к столу недоброжелателей. Длинный кинжал, висящий на моем поясе, приковал взгляды темных личностей, как и моя, лежащая на нем рука.

— Кто-то чем-то недоволен? Есть такие смелые? — спросил я, собираясь вызвать в круг самого борзого из оставшихся.

Я, все-таки, не член Гильдии или Гвардии и так уж беспределить с, пусть и явно нехорошими по внешнему виду гражданами, не могу.

Это Охотники, предъявили правонарушение подозреваемому, оглушили в ответ на недовольство и утащили на допрос, с применением спецсредств, в Сторожку.

Все честь — по чести, не нарушая закон и порядок, так сказать — при исполнении.