Лжепринцесса для Драконов

Кто первым бросился к склону тоже не знаю. Да это и не важно.

Пусть кто угодно окажется сейчас там, лишь укротить эту съехавшую с катушек драконшу. Почему ее?! Да потому что Софии нет резона лезть на рожон! А еще ей, как магу, не выстоять против Листьеры.

Быстрее! Быстрее! Вот они!

Твою ж налево! Я не успел сообразить, как чешуя полезла сама. А как иначе, если перед глазами развезлось драконье пламя, пробивающее щит инзаниийки и толкающее ее к самому края обрыва. Нет!

— На место! — проклятый Диргар подсуетился совсем не вовремя, накинув на меня путы, когда я почти вынул крылья.

— Да ты издеваешься?!

Контроль над обращениями прямо сейчас?! Разве не плевать, в каком мы виде?! Главное спасти!

— Диргар!! — Эмбер был со мной согласен, и потому упал рядом, будучи повязанным магической удавкой, как и я. Твою ж за хвост, ее не порвать, как не пытайся. Проще кости себе переломать, чем выбраться. Но я согласен. Только все равно не получается, как не пытайся. И уже…

Поздно!

Весь мир застыл.

Она его пробудила, она заставила его страдать и любить, она и забрала с собой за грань. И весь мир просто опустел. В нем не осталось даже меня. Лишь одно единственное желание — успеть!

Путы впились в тело сильнее, пытаясь сопротивляться моей отчаянной попытке вырваться из них, переломав себе кости и покромсав мясо.

Я как беспомощный наблюдал за тем, как Диргар, обратившись в истинную форму, кинулся к обрыву. Хоть бы он успел!

Но едва ректор подлетел, как дал крыльями наотмашь, сторонясь от края, откуда стрелой вылетел дракон.

Неизвестный мне. Неумелый дракон, неразборчиво интуитивно машущий золотыми крыльями.

Золотыми крыльями. Золотой дракон.

— София?! — Эмбер, о котором я просто позабыл, первым ее узнал.

Он выдохнул с облегчением и даже позволил влаге заполонить глаза разбитые после пережитого ужаса глаза.

А вот я дышать не мог. И мыслить не мог. Ни о чем. Просто осел, лишаясь всех чувств.

София — дракон?

До Листьеры тоже дошло, что происходит, и она метнулась в воздух, собираясь отгрызть голову новообращенному дракону. София чудом увернулась раз, затем второй. Путы снова врезались в тело, а я опять не смог их разорвать, не смог помочь.