Львиное логово

Но точно стало известно, где именно его жена.

— Шума, ты закончил? — крикнул Макс.

— Нет, господин, я еще работаю над этим, — раздался голос с улицы.

— Как закончишь, этого забери и рядом повесь, заслужил.

Одноглазый кинулся в ноги.

— Господин! Милосердный господин, пощадите! Вы же служите доброму богу, я знаю! Если вы меня убьете, это же будет злом! Ваш бог покарает вас! Пощадите, господин!

— А кто тебе сказал, мразь, что убить тебя будет злым поступком? Мой бог еще скажет мне спасибо, уж ты поверь, — сказал Макс ледяным тоном.

В хижине остался один Сукайя.

— Я так рад, господин!

— Чему ты рад? — изумился Макс.

— Госпожа не забыла мою науку, — ответил растроганный Сукайя.

— Так это ты ее научил в штаны наделать, чтобы не изнасиловали? — спросил пораженный Макс.

— Я! — гордо ответил бывший убийца. — И горжусь этим. Это было высокое искусство! Вы обратили внимание, что наемники сочли ее уродиной? Мы очень долго учились делать так, чтобы распух нос и косили глаза. Поверьте, Великий, это очень непросто, а госпожа смогла.

— Тьфу ты, мерзость какая! — в сердцах сказал Пророк. — Да как тебе такое в голову пришло?

— Я свою работу выполнял, Великий, и я выполнил ее хорошо. Вашу жену должны были изнасиловать полтора десятка наемников, но не смогли. Какая вам разница, почему? — обиженно спросил Сукайя.

— Да никакой, ты прав, прости. Просто как-то неожиданно это…. Ладно, делаем так. Я с тысячей ухожу в Сузиану. Ты остаешься тут. Вот тебе на расходы. — Макс кинул тяжелый кошель.

— Что я должен сделать?

— Найти всех, про кого сказал этот кусок ослиного дерьма и допросить. Потом они должны умереть напоказ, так, чтобы все узнали, за что они умирают. Ну и сам понимаешь, они должны закончить жизнь в муках, чтобы иметь возможность обдумать свои грехи. А если спасешь Ясмин, то талант золота твой. Купишь имение, станешь богатым человеком. Могу даже со службы отпустить, если захочешь. Живи и радуйся. И да, заказчик мне нужен живым.

— Великий, за эту работу я денег не возьму.

— Добро, я тебя услышал, — сказал Пророк.

И тысяча всадников помчала на восток, всего на пару часов обгоняя ассирийское войско, которое пыталось их отрезать от родных земель. К дверям двух домов в квартале Лаббаната были прибиты два выпотрошенных трупа с перекошенными лицами, а на шее у них висела гирлянда из собственных кишок. Ведь верность данному слову — одна из главных добродетелей в глазах доброго бога Ахурамазды.