ЛВ 3 (СИ)

И проведя, прямо в глаза мне взглянул. А у меня биением сердца отдавалось в груди «Первая улыбка, первое прикосновение, первый поцелуй»…

А он ладонь к губам поднес, поцеловал с нежностью, и добавил:

— До встречи с тобой не понимал этого, сам украшения никогда не дарил, и уж тем более не делал, да и желания время тратить на глупости подобные не было. А с тобой изменилось все. То, что глупостью раньше казалось, стало важнее жизни. То, чему значения никогда не придавал, теперь дыхание перехватывает. То, что раньше серым было, с тобой рядом сверкает всеми гранями жизни.

— Змей ты, — сказала сердито. — Специально говоришь, чтобы клюку не призвала?

Покачал головой отрицательно, да и ответил:

— Специально говорю, чтобы не бросала меня. И ни о ком другом никогда не думала. И я не Тиромир, Веся, он от своей любви отказался и дальше живет, а я так не сумею.

Нахмурилась, руку отобрала, к окну отвернулась, да и слов не сдержала:

— Он отказался не сразу. Но время все лечит. Пора мне, Агнехран, дел много.

И встала решительно, стараясь ни в зеркало, ни на аспида не взглянуть. Выйти хотелось. Одной побыть. По лесу пройтись, собирая подолом платья капли полночной росы. В свете луны постоять. Вой волчий послушать…

Да только вдруг вспомнилось мне то, что сказал он. Про то, что знал о вратах Смерти, да про то, что ценой жизни своей хотел уничтожить их вместе с Гиблым яром. И ведь уничтожил бы. Ему на то и сил и знаний хватало в миг тот страшный с избытком, и он бы погубил наследие чародеев, ради одного того, чтобы меня защитить.

И развернулась я к аспиду, встретились взгляды наши — мой непонимающий и его полный боли затаенной, и он ее скрыть пытался. И скрыл бы, от любой другой скрыл, только я ведьма.

— Агнехран… — позвала тихо.

Да замолчала, губы кусая нервно.

— Что, Веся? — тихо спросил в ответ.

А я… я вот о чем подумала:

— А как звать-то тебя? Аеданом или Агнехраном? Как правильно?

— Хранящий огонь, — ответил он и улыбнулся едва заметно, с грустью улыбнулся.

"— Вот оно как… — протянула задумчиво. И не удержавшись, спросила: — А ты когда аспидом являешься, ты такой же, как и когда маг?

Не хотел отвечать, явно не хотел, даже руки на груди сложил, от меня и вопросов моих отгораживаясь, но на меня поглядел-поглядел, да и ответил:

— Не совсем. Аспидом я был только в юности, но и тогда на мне маска была.