Лутер

Дело дрянь — хоть рана и сквозная, но уже вся штанина в крови. Далеко я не уйду.

Я высунулся из-за угла, дал очередь, заставив спешивших ко мне преследователей залечь и начать огрызаться короткими очередями."

"Вот ведь, уроды! Достали все-таки! И как только умудрились, криворукие? М-да…сегодня удача явно не на моей стороне.

Хромая, стараясь не наступать на раненую ногу, что было крайне сложно, даже не возможно, я двинулся дальше, свободной рукой придерживаясь за стенку.

Противники видели, что я ранен, понимали, что я теперь стал еще опаснее — оторваться от них у меня не получится, а значит, буду биться насмерть.

Я добрел до здоровенного мусорного контейнера и уселся за ним. Первым делом тут же сменил магазин в автомате. Хреново ‒ стрелять больше нечем, этот последний.

Хотя…

Я сбросил с плеча карабин. Утащить с собой не смогу, но сейчас он мне хоть патроны поможет сэкономить на автомате…

Я сидел, привалившись к контейнеру, и просто ждал.

Убежать не получится, значит, придется драться. А раз так — пускай подойдут поближе, чтобы наверняка их положить…

Ага! Вот и они. Топот смолк, теперь я отчетливо слышал шаги. Не бегут, крадутся. Боятся, сволочи, что я где-то засел, жду их.

Правильно…так и есть.

Судя по звукам, между нами едва ли пятнадцать метров.

Я высовываюсь из-за контейнера и точным выстрелом срезаю одного из преследователей. Еще один выстрел кажется зацепил второго преследователя. Так, а где третий?

А вот он!

Остался на углу здания и лупит по мне.

Пули попадают в контейнер, за которым я засел, но никакого вреда мне не причиняют.

— Мать твою! Знахарь! Он меня достал! Достал! Твою же мать! Он мне руку прострелил! Как же больно! А-а-а!

Ага! Вот и недобиток, который номер второй. Таки попал я в него — вон как голосит на всю округу.

Хорошо! Пусть голосит, пусть давит на психику товарищу.

Вот только что дальше-то делать? Я сижу за контейнером, противник на углу дома.

Патовая ситуация: стоит мне подняться, и по мне откроют огонь. Стоит противнику попытаться приблизиться ко мне или своему раненому товарищу — я их обоих положу. Враг это знает и рисковать не будет. Так что же делаем?

— На углу возле промзоны! Рядом с больницей!

Что он там бормочет? Я аккуратно высовываюсь из-за своего укрытия.

Вот ведь, гадина! У него рация! С кем он там разговаривает? С корешами, с кем же еще.

Хреново…очень хреново.