Лутер

А вот Долг, надо отдать ему должное, отреагировал молниеносно — сразу понял, откуда стреляют, развернулся ко мне и даже успел выстрелить. Но все же поторопился, не прицелился толком.

Я успел дать очередь чуть раньше, и увидел, как пули, выпущенные из моего «Отбойника», попадают в цель, прямо-таки выбивают искры из бронежилета Долга, а затем я нырнул за укрытие, так как совсем рядом со мной вздыбилась пыль, полетели ошметки мусора.

Попал я в него или нет? Или, скорее, ранил ли?

Аккуратно высовываюсь, готовый мгновенно спрятаться назад.

Я, поменяв магазин в «Отбойнике», продолжая целиться из него в лежащего врага, выхожу из укрытия и двигаюсь к двум бездвижным телам.

Так. Подранок уже точно готов — голова свесилась на развороченную грудь, все залито кровью. Точно не жилец.

А вот Долг…

Вроде как не двигается, но, приблизившись, я понимаю, что он все еще жив.

Как и он, я поторопился выстрелить во врага. Но если он промазал, то я попал — вот несколько внушительных вмятин на кирасе.

Однако моя стрельба ему не только бронежилет повредила. Одна из пуль угодила точно в глаз, разнеся в щепки защитные очки.

Но, несмотря на это, Долг все еще был жив. Явно не мог двинуться, но все же стоило мне только появиться в поле его зрения, он уставился на меня своим вторым, уцелевшим глазом.

— Кто ты такой? — просипел он.

— А какая тебе разница? — ответил я.

— Ты труп, парень. Ты тру…

Договорить я ему не дал — вскинул автомат и пустил пулю точно ему в лоб. Благо, без шлема был.

Асфальт под головой Долга тут же окрасился в красный цвет, а сам он заткнулся.

— Вот черт! Это же Долг! — я повернулся, и едва сдержался, чтобы не выстрелить.

Видимо, у меня было такое зверское выражение лица, что Торба (а именно он и голосил у меня за спиной) все понял, так как попятился, попытался скрыться за кучей мусора и забормотал:

— Фэйтон! Фэйтон, это я! Ты чего? Фэйтон…

— Я ж тебе сказал сидеть на месте! — я опустил оружие и облегченно выдохнул.

Торба тут же вылез из укрытия и похромал ко мне.

— Вот это мы с тобой попали, — заявил он.

— В каком смысле? — не понял я.

— Ну как это «в каком»? — проворчал Торба. — Ты ведь Долга грохнул. Вот ведь, черт! Знал бы — никуда бы не пошли.