Лунный жаворонок

Знание алхимии не особый талант, поэтому если она не захотела торговать в какой-нибудь сумасшедшей аптеке, как Диззни, то оставалось только становиться наставником. Она ненавидит свою должность – и вымещает злость на одаренных. Но кто знает… Может, ты станешь ее любимицей.

Эти слова подбодрили бы – если бы Марелла тут же не захихикала. Она все еще смеялась, когда колокольчики затейливо зазвенели.

Может, Софи это просто придумала, но звук показался зловещим.

В большом круглом алхимическом кабинете пахло палеными волосами, а стены покрывали изогнутые полки.

Половина из них была заполнена маленькими горшочками с ингредиентами, а другая – трофеями. По крайней мере, изначально Софи подумала именно так, но когда подошла ближе, то поняла, что это просто разные позолоченные вещи. Шляпы. Книги. Кусочки фруктов. Туфли с длинными изогнутыми носками – именно так она всегда и представляла эльфийскую обувь. Как будто здесь прошел царь Мидас и превратил в золото все, чего коснулся.

В центре кабинета стояли два пустых лабораторных стола – один сверкал серебром, а второй был гладким и черным – и располагалась самая странная химическая установка, какую она только видела.

Леди Гэлвин не было, поэтому Софи кинула вещи на стол и подошла поближе к огромному пузырю, висящему над кольцом пламени на полу. Пузырь был наполнен белой жидкостью и то поднимался, то опускался в ритм языкам пламени.

– Назад! – крикнула леди Гэлвин. Ее одежда оглушительно шуршала в тишине после звонкого крика. Леди оттащила Софи. – Ты хоть представляешь, что это такое? – Она оглядела ее и закатила глаза: – Нет, похоже, не представляешь.

Леди Гэлвин была худой женщиной с высоко и так крепко затянутыми волосами, что у Софи при одном только взгляде на нее заболела голова. Ее серо-зеленый шелковый плащ, аккуратно расшитый изумрудами, покачивался при малейшем движении.

– Это алкагест, – объявила она. – Универсальный растворитель. Его можно хранить только в пузырях из него же, потому что все остальное он растворяет. Дерево.

Металл. Плоть.

Софи отступила еще на шаг назад:

– И сегодня я буду делать его?

Леди Гэлвин вздохнула – точно так же вздыхал отец Софи, когда занимался налогами.

– Это вторая по сложности субстанция в алхимии. Ты хоть что-нибудь знаешь?

– Наверное, нет, – призналась Софи. И вряд ли стоило спрашивать, какая субстанция самая сложная – хоть ей и было интересно.

– Все, о чем я прошу, – способный одаренный, и что я получаю? – Леди Гэлвин подошла к одному из шкафов.