Лозоходец

– «Подснежники», похоронные бригады, что собирают трупы по весне, потому так и называются.

Он отопнул череп от дерева, будто это был простой камень.

Позади послышались утробные звуки, я обернулся, Пашка оперевшись о ствол дерева, выплёвывал остатки скудного завтрака, мучительно схватившись за живот.

– Отойди, не смотри, – набрав пригоршню снега, помог ему умыться и прийти в себя.

Побледневший паренёк ушёл в другую сторону, собирать оставшиеся ветки. Мой собеседник проводил его задумчивым взглядом:

– Всё не могу понять, за что сюда ссылают детей, – потёр он острый подбородок, – извините, не представился, Василий, – протянул мне руку.

– Егор, – пожал я его узкую ладонь, – сдаётся мне вы ненамного старше Пашки, – смотрел я на щёки, едва покрытые щетиной.

– Восемнадцать, – ответил Вася, – студент. Был…

– И за что? – принялся я за работу.

– Обвинили в распространении контрреволюционных листовок. Пришли в пять утра, мать перепугали, обыск учинили, только ничего не нашли. Потом тюрьма.

И это было подвигом, я понимал, мало ли людей оговаривали себя под пытками. Сотни. А этот хлипкий мальчишка устоял.

– И много таких тут? – кивнул я в сторону черепа.

– Много, – нахмурился Вася, – не выдерживают люди, мрут как мухи. От голода, от цинги, да от всякого-разного… И ещё раз спасибо, что помогли… Мне… мне тяжело таскать брёвна. Спину сорвал в забое. Меня потому и отправили сюда, на лёгкую работу.

– Что здесь добывают? – Спросил я, стараясь не сбить дыхание.

– Золото. Там в ущелье, – махнул он рукой, – шахты. И вас туда отправят завтра. Всех отправляют.

Лёгкая работа… К обеду у меня уже руки не держали топор, а ноги подрагивали от усталости. Пот ручьём катился по спине, не от того, что было жарко, ветер ни на секунду не утихал, сдувая остатки тепла из-под тулупа. Что же творится там, в шахтах?

Ближе к вечеру часовые развели костёр, собрались вокруг него кружком, поглядывая за нами.

– Работать будем, пока норму не выполним, – сварливо сказал он, обходя группки зеков.

Делать нечего, мы двинулись дальше в лес. Рядом со мной Пашка и Вася. За деревьями мелькнули какие-то тени, послышался разговор на повышенных тонах. Я подошёл ближе, стараясь не шуметь.

– Сымай тулуп, – голос одного из «блатных».