Лозоходец

– Ух ты! – не сдержал я эмоций. – Красота-то какая!

– Да, – с гордостью подтвердил китаец, – здесь удивительная природа. Вот посмотришь дальше, то ли ещё будет. А в Чунцине, ущелья Санься – настоящее чудо природы, особенно по утрам, когда опускается туман и кажется, что попал в какую-то сказку. Чунцин называют городом туманов. Он находится на слиянии двух рек: Цзялинцзян и Янцзы. И хоть до океана далеко, но по праву считается настоящим портовым городом.

Чунцин разместился на холмах, на рассвете лучи солнца, тени, прячущиеся за пригорками, и облака тумана создают настоящие миражи.

– А ты слукавил насчёт родных лесов, – ухмыльнулся я, – описываешь Чунцин точно мужчина любимую женщину.

Шен расхохотался:

– Подловил! Да, Китай тоже стал близок мне. Когда мама привезла меня сюда впервые, мне было десять лет. И я каждое утро забирался на крышу, встречая рассвет, которого не видел нигде до этого.

– Теперь мне и самому не терпится глянуть на всё это, – улыбнулся я.

– Уже скоро, – довольно кивнул Шен.

Глава 52

– Zhàndòu! – Бой! – раздался крик рефери, и я встал на изготовку напротив высокого блёклого француза.

Софиты яркой нитью опоясывали зал, в котором сейчас было пусто. Это бой на право участвовать в поединках, не более. Подтверждение моей квалификации.

И я едва стою. Подстава от Шена. Тот солгал, что всё легально. Где-то оно так и было, но лишь наполовину. Наши соревнования одобрены властями, однако то, как мои противники используют запрещённые приёмы и «грязные» захваты, говорит о том, что это просто бои без правил.

Французишка, точно пиявка, повис на моей шее, до хруста позвонков, и только окрик рефери остановил его. Но разряд мне подтвердили, необходимые нормативы я сдал.

После состязания дико болела спина и голова. Я медленно спустился с ринга, подошёл к довольному Шену и с оттяжкой, но, как у нас говорится, аккуратно, ударил его под дых. Китаец мигом сложился пополам, лицо его налилось багрянцем, а рот судорожно скривился в попытке сделать хотя бы один вздох.