Лоза под снегом

Ну да, точно! Летняя сидячая коляска, потому что из люльки сын давно вырос.

В тот момент, когда украли куклу, приняв ее за настоящего младенца, она лежала в Юрочкиной коляске – в люльке, которая подходит для месячного ребенка. Но Танюшка ее в эту коляску не укладывала. Когда она играла подаренной куклой, коляски Юрочки вообще на участке не было. Званцевы пришли гораздо позже. Да и стояла Ванечкина коляска под деревом в саду, у стола, а Юрочкина – у самого крыльца.

К тому моменту дочка уже полностью утратила интерес к новой игрушке, переключилась на свои любимые бусинки.

Стоп! Что сказала Казимира, когда поднялся переполох? «Мы тут расследуем преступление, которого нет». Ну да, конечно же!

Снежана передала сына Зимину и решительным шагом двинулась к калитке.

– Гоша, Вова, а ну-ка зайдите на минутку, – сказала она.

– Зачем это? – насупился недоверчивый Гошка.

– Варенье есть. Свежее. Вы же Славины друзья, так что за калиткой стоите?

Гошка по-прежнему смотрел волчонком, но Вовчик охотно шагнул на участок.

– Варенье? Клубничное? И баба Клава не прогонит? Это же не ваш дом. Вы не можете в гости приглашать.

– Баба Клава не прогонит, – сообщила Снежана громко.

Званцевы озадаченно смотрели на новых гостей. Что задумала Снежана, они явно не понимали. Но не прогонять же. Все-таки дети, пусть и не самые воспитанные. Олечка вдруг бросила поварешку, которой мешала варенье, и бросилась по ступенькам крыльца в дом.

– Здрасьте, – шмыгнув носом, сказал Вовчик, приблизившись к столу.

– Садитесь. – Марина Званцева поставила на стол две чашки чая. – Накладывайте варенье. Это мы вчера варили.

– Славик, что ты пообещал своим друзьям за куклу для Оли? – мягко спросила Снежана.

– Что? – не поняла Марина. – Какую куклу?

– Понимаете, Казимира оказалась права. Мы расследовали преступление, которого не было.

Накрывшее ее облегчение оттого, что детям ничего не угрожает, было слишком велико. Зимин смотрел на жену внимательно, кажется начиная догадываться о ходе ее мыслей.

– Танюшке подарили куклу, оценить всю прелесть которой она пока не в состоянии. Мала слишком.