Ловушка для принцессы

— Злой человек, — парировал орк, — обижать Утыррка в Готмир, похитить, ранить ножом! Злой! Нет доверия.

Вот тут папа был прав, доверия ему никакого нет, и все же…

— Динар спасать от Аршхана и Та Шерра.

И шенге рыжего отпустил. Правитель Далларии еще несколько минут лежал на истоптанной траве и пытался прийти в себя, а потом простонал:

— У меня не было другого выхода…

Я ему почему-то верила, а шенге фыркнул, потом встал и, держа меня за руку, стал пристально смотреть на Динара. Дальше было веселее: папа рванул рукав платья, чуть сжал запястье, и на коже проступил тот самый рисунок, который я только во сне видела.

— Злой, — согласилась я, — но пусть живет.

— Утыррка отвечает добром на зло, — прорычал шенге, — злой человек понесет наказание! Честь дочери Лесного клана пострадала!

Я в шоке смотрела на папу, и даже слов не было. Мой родной отец спокойно отреагировал даже на наши с Динаром поцелуи прилюдно, а тут… Нет, определенно шенге лучший папа на свете.

— Утыррка не хотеть войны.

Шенге опять фыркнул, а потом прижал к себе, растрепал все волосы и прорычал с такой нежностью:

— Шенге скучать… каждый день…

— Утыррка плакать без шенге, — созналась я.

— Глупый Утыррка. — Шенге взял меня за руку и собирался повести куда-то, и я не понимала куда, пока он не добавил: — И голодный.

И такая волна благодарности вдруг затопила все мое сознание.

— Шенге, — я все же остановилась, — а Динар?

Папашка глухо сказал:

— Рхарге, вернуть злого к Черный король.

Я от удивления рот открыла, когда младший вождь поднял обе лапы, и между ними появился прозрачный такой кристалл, совершенно без блеска. И вот этот кристалл растянулся, и появилось окошко в другой мир, овальное и растянутое, и сквозь него я увидела королевский дворец Ирани! От удивления я лишилась дара речи. Просто стояла и смотрела на это чудо природы.

— Утыррка хотеть домой? — грустно спросил шенге.

— Утырка дома, — и я была честна с собой как никогда. А затем на оитлонском добавила: — Динар, сообщи королю, что я жива, это сейчас самое главное!

Рыжий поднялся, и я вдруг поняла, что падение было болезненным, но даже стона не прозвучало, когда он встал, выпрямился. Зато в его взгляде была такая тоска.

— Я вернусь, — заверила вдруг Динара, который уже стоял рядом с порталом.