Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

— Ты ведь понимаешь, что эта девочка делает тебя слабым, Тайгер, — отец просто информирует, это даже не вопрос.

Киваю, готовый упереться рогами и защищать свою территорию:

— Все под контролем.

— Она не твоего круга. Ее легко достать, а значит, через нее можно добраться до тебя.

Отец играет сильными пальцами по столу и внимательно рассматривает меня. Напрягаюсь.

— Скоро ты займешь мое место. Ты уже практически моя правая рука, но молодость — самонадеянна… Я не вижу будущего у твоих отношений.

— Ты прав, отец. Это МОИ отношения.

— И не собирался. Если бы хотел, давно бы вопрос решил. Информацию собирать не только ты умеешь… — ухмылка, намекающая, что отец в курсе всего. — В принципе, действуешь ты практически без промашек, серьезно девчонку не светишь, она незаметна.

— Я уже сказал. Адель — моя. Что и как я буду с ней делать, решать только мне. Будет нужна защита, я ее обеспечу.

Дэвид Ривз, присвистнув, откидывается в черном кожаном кресле и, наклонив голову к плечу, прошибает меня рентгеновским взглядом.

"— Послушай меня внимательно, Тайгер. Сделай засечку на будущее. Иногда лучшее, что ты можешь сделать — это отпустить. Дать возможность на жизнь без тебя. Или же… принять решение и максимально приблизить, сделать настолько своей, что в ее сторону дышать побояться, дать свою защиту, но это только в том случае, когда у тебя хватает на это авторитета. Тут не может быть полутонов. Либо плюс, либо минус. Либо обрубаешь на корню, либо приковываешь к себе цепями.

Выплываю из этого воспоминания.

Осознание добивает.

Она — последнее, что у меня осталось. И единственное, что я могу сделать для нее — отпустить.

Адель. Моя гордая, сильная девочка будет меня презирать. Будет думать, что предал. Ненависть — сильное чувство. Оно дает возможность жить и бороться. Провоцирует стремления.

Один звонок, и она почувствует неладное. Одно слово и она будет ждать и страдать…

Моя последняя потеря…

Обрывки воспоминаний проскальзывают перед внутренним взором.

Податливая девочка подо мной. Хриплые стоны и вскрики. На губах невыносимая сладость поцелуя, утопаю в затуманенных страстью голубых глазах и вонзаюсь в желанное тело. Чувственное наслаждение на грани боли…

Сдерживаюсь, верхняя губа дрожит от напряжения, пьянею от вкуса и запаха. Ласкаю пальцами средоточие ее наслаждения, чувствую нежные влажные лепестки, заставляю свою женщину дрожать.