Ловушка для артефактора

Если посмотреть на все глазами Агнесс, он настоящий герой. Защитник. Заботливый, оберегающий… Засранец, который готов всего себя отдать одной, а вторую похоронить на месте, потому что увидел угрозу.

— А ты уверена, что он не влюблен в тебя? — немного поразмыслив над услышанным, выдала Элена. — По крайней мере, со стороны это выглядит так.

— Глупости, — тут же отмахнулась Агнесс, посчитав идею совершенно вздорной. — Да и потом, какая разница? Мирон не в моем вкусе!

— А кто в твоем? — спросила я, не зная о том, что через секунду пожалею об этом.

Агнесс хитро улыбнулась, ее глаза вспыхнули огоньком.

— Даже не знаю… — девушка подперла подбородок двумя руками, опершись локтями на согнутые колени, и мечтательно замерла. — Касьян, например. Вот это мужчина…

Элена никак не отреагировала, что и неудивительно — они ж родственники. А у меня, кажется, ком в горле застрял. И как-то воздуха сразу не стало хватать.

— Сильный, статный. Сдержанный. И такой властный… У меня от одного его взгляда мурашки по коже! Честное слово, девочки.

Она с таким придыханием говорила о Касьяне, словно только и мечтала о том, чтобы оказаться с ним рядом, один на один. Перед внутренним взором так явно промелькнули картинки их возможной встречи тет-а-тет, что пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуться к разговору. Даже не ожидала, что будет так неприятно. Картинка вырисовывалась какая-то особо яркая и въедливая.

— Давно что? — спросила и тут же отвесила себе мысленный подзатыльник.

Моя реакция не укрылась от Элены. Она всегда была особо проницательна. Я поймала на себе ее пристальный взгляд в тот самый момент, когда та с уверенностью заявила:

— Относительно Касьяна можешь губу закатать, — Элена подмигнула Агнесс. — Этот жеребчик несвободен.

— И что? — фыркнула Агнесс. — Что-то я не вижу кольца на его пальце. Или невесту, которая сторожит по вечерам его спальню. Кем бы она ни была — она далеко, а я здесь. Сами говорили — долгие одинокие ночи помогают забыть о правилах. Как говорится, жена не гора, а невеста не стена. Подвинутся.

— Ага, — протянула Элена лениво. — Ради этой «стенки» Кас отрекся от рода. Поверь мне, пробовать двигать эту «стенку» себе дороже.