Ловец

— А потом? Где вы были в момент убийства?

— Какая вам разница?

От этого вопроса Зак разозлился. Сорвался, как с отвесной скалы:"

"— Да какая, к бездне, разница, где я был? С кем? Главное, что я не убивал эту сволочь, хотя очень бы хотел. Но честно, на поединке, а не ударом в спину. Гулял я, гулял. Всю ночь. Один.

А вот на последних словах Тэд почувствовал — хлебнул отборной лжи. Потому, чеканя каждое слово, спросил:

— И вы готовы подтвердить ваши показания клятвой? — выдавил из себя вопрос Тэд.

— Нет.

Ловец уже понял, что сидевший перед ним, его соперник, его враг… Он не убийца.

Чутье Тэда буквально кричало об этом. Все услышанное, кроме последней фразы — правда. Горькая, кислотой разъедающая душу правда. А улики… Кто-то умело играет, переставляет фигуры на шахматной доске. Этот кукловод дергает за ниточки и сейчас, посмеиваясь из-за кулис, наверняка смотрит, как машина правосудия вот-вот заглотит жертву, перемелет ей кости. Благородную гордую жертву, которая отказывается говорить.

Тэд понимал, что сидящего перед ним подставили.

Умело, тонко. Обрубили нить, которая, наверняка (и в свете убийства Грегора ловец был в этом уверен) связала бы два дела: о побегах душ и смерти Томаса Элгриса.

Но еще Тэд четко понял другое: сейчас у него в руках шанс — устранить соперника, просто ничего не делая. Улики, свидетели — все говорит о виновности этого Закриана. Достаточно лишь озвучить доказательства в суде и ему, как магу, будет забронировано посмертное место в барьере. А до кончины — пожизненное в тюрьме.

А Шенни….

Тут в дверь постучали. Вошел стажер, и, чуть замявшись у входа, приблизился к Тэду.

— Вас там ожидает девушка. Говорит, что она по делу Закриана Дарка и готова дать показания.

— Какая? — сердце Тэда пропустило удар.

— Она представилась Хлоей Элгрис, — чуть смутившись ответил юноша и счел долгом пояснить: — Будь это кто другой, я не решился бы прервать допрос, но …

— Я понял. Сейчас подойду.

Тэд стремительно встал. За дверью обнаружился конвой, который и сопроводил подозреваемого обратно в камеру.

Ловец, буквально взлетев по ступеням, ринулся в свой кабинет. Там, под присмотром секретаря, его ждала Шенни.

Коротко кивнув бдительной мисс в форменном платье, хозяин кабинета попросил ее удалиться. Они остались наедине. Он и Шенни.

Тэд смотрел на нее. Черты, знакомые до боли, глаза, что стали его наваждением, кожа, которой хотелось касаться до боли, до крика. Его любовь, которая балансировала на тонкой грани одержимости. Его Шенни.