Ловец

С Заком у меня были связаны не только планы на обучение. Я банально хотела занять у него денег, чтобы добраться домой, к Фло. Там, в каморке, я припрятала еще немного мелочи на совсем черный день.

Клим, глядя на еще сильнее погрустневшую меня, глубокомысленно заключил:

— Не знал, что это известие тебя так огорчит… Или ты с первого взгляда влюбилась? Тю!

Я скрипнула зубами, глядя на этого шута.

Тебе никто не говорил, что ты объект желания? — начала я, стараясь замаскировать злость провокацией. Дождавшись момента, когда самоуверенность пацана раздуется до размеров батискафа, добавила: — Желания убивать.

— Значит, втрескалась, — если Клим и огорчился, то виду не подал.

— Нужен мне твой брат, — злость резко схлынула приливной волной, оставив после себя апатию.

— А если он не нужен, то что так помрачнела?

— Денег хотела у него занять, — ответила честно, не подумав.

При моих словах погрустнел и школяр.

— Да, и я бы от них не отказался. А знаешь, что в этой ситуации самое паскудное? Что их можно заработать.

Он специально тянул. Словно девица, которая твердит «нахал», но это вовсе не означает, что «наглецу» стоит прекращать действо.

— И? — я была само многословие.

— … И может, мы протянем друг другу руку помощи? — Клим так и не дождался от меня самовыдвижения.

— Смотря какая в протянутой руке будет купюра, — иронично изогнула бровь.

Я решила, если уж маячит относительно честная выгода, то пусть она будет максимальной, оттого и решила понаглеть.

— Талер тебе, как напарнику.

— Какие это деньги? Это сдача! — я делано возмутилась. — Ты-то сам сколько получишь?

— Девятнадцать, — Клим недовольно зыркнул на меня.

Я же убедилась, что нет более угрюмого человека, чем тот, кто понял: придеться отдавать то, что мысленно уже положил себе в карман.

— Пополам, и я в деле, — сама поразилась своей наглости.

— Сейчас же! — азартно воскликнул Клим, почуяв, что запахло торгом.

Сошлись мы на восьми — мне и двенадцати — ему.

— Тогда стоит поторопиться. Нам еще до рудных кварталов столицы добираться.

— Учти, за батискаф платишь ты, — огорошила я парня.

— Но ты же настаивала на том, чтобы все было пополам, — попытался возразить «напарничек».

— Ага, но ты убедил меня, что достоин большего, чем половина.