Ловелас для брюнетки

Длинное, с вырезом до середины бедра, открытой спиной, огромным декольте, – он делает, паузу, а я лишь смеюсь в ответ. – М-мм, – стонет Валевский. – Как представлю…

– Работать иди, умник! – осекаю его порыв сейчас начать отпускать пошлые шуточки, да и самой уже пора приступить к своим обязанностям. – И мне не мешай!"

"Нажимаю на сброс и выхожу в зал, однако через пять минут прилетает сообщение от любимого абонента:

«Ткани на платье поменьше, чтобы раздевать было несложно!»

В очередной раз смеюсь, в глубине души ликуя.

И как можно с этим человеком общаться серьезно?

Глава 37

Время до позднего вечера пролетает слишком быстро – начало двенадцатого, душ, усталость и огромная кровать, на которую я падаю лицом вниз. Сил нет даже пошевелиться – о том, чтобы выпить чаю перед сном, не может быть и речи. Я не чувствую ни ног, ни рук, однако обещала позвонить Роме перед сном, чтобы он не переживал.

– Ты домой думаешь ехать? – интересуюсь первой, так как Валевский все еще развлекает китайцев.

– Через полчаса поеду, – зевает мне в ухо, а после почему-то шепчет: – Как же я мечтаю снять с тебя пижаму – кто бы только знал.

– Ха-ха-ха, – произношу с издевкой, укладываясь на спину и накрываясь одеялом. – Завтра снимешь, если будешь хорошо себя вести.

– Я буду очень плохо себя вести, – дразнится Рома, однако я уже не реагирую, закрывая глаза. – Ты там дрыхнешь уже, что ли?

– Почти, – полусонным голосом шепчу, на что слышу лишь смешок в ответ.

Мы прощаемся еще минут пять, если не больше, однако хоть убейте меня, но утром я не помню ни слова из пошлых шуточек Валевского.

Чувствую себя намного лучше, чем вчера, а прохладный душ приводит меня окончательно в норму. Чашка кофе, улыбка домработнице и долгая дорога в город – это программа минимум на сегодня.

Перед выездом звоню Роме, заявляя, что мотор уже заведен.

– Не понял, – удивленно произносит Валевский, чем вводит меня в заблуждение.

– Валевский, ты не знаешь, что такое мотор? – усмехаюсь, устраиваясь поудобнее в водительском кресле.

– Я-то знаю, не пойму только взаимосвязи между тобой и заведенным двигателем, – поясняет Рома, однако в голосе слышатся напряженные нотки. – Водитель где?

– Так я на своей машине, – как ни в чем не бывало отвечаю, так и не понимая, куда он клонит.