Ловелас для брюнетки

Однако настроение хорошее, и портить его всякими мелочами я не собираюсь.

Половину утра и даже в обед шляюсь по расширителю в университете в надежде хотя бы увидеть парня, но судьба не дает мне такого шанса. Ладно, еще, как говорится, не вечер. Может, у Ромы дела?

Однако на следующий день я наглядно лицезрею все его «дела» в виде длинноногой блондинки, которая вовсю строит глазки Валевскому. Он, кстати, замечает мое хождение – мажет взглядом и… отворачивается, продолжая расточать улыбки своей спутнице.

В душе так больно и обидно, что хочется биться головой об стенку. Злюсь на себя, что поддалась слабости, и ненавижу его, что заставил поверить, будто я ему нравлюсь. Понимаю, что сама виновата во всем случившемся, но все равно тошно, хоть волком вой.

Но, как ни странно, больше никто, кроме моей подруги, которой я поведала о своем свидании с парнем, так и не узнал о нашей совместно проведенной ночи с Ромой…

Глава 31

POV Роман

В голове срабатывает внутренний будильник, и я открываю глаза в начале седьмого.

Видимо, долгие годы подъёмов по утрам в одно и то же время дают о себе знать – к тому же меня до конца не покидает мысль, что Карина все-таки снова сбежит, оставив меня в кровати одного, а мне крайне важно увидеть ее рядом, спящую и такую беззащитную.

Не могу пока объяснить даже самому себе, нахрена оно мне надо, но в голове настойчиво бьется единственная мысль:

«Хочу проснуться рядом с ней!»

И точка.

Даже ненамеренно посчитал, что сегодня – четвертая ночь, которую мы проводим с Кариной вместе.

Не в плане секса, а именно засыпаем в одной кровати.

Правда, в самую первую нашу совместно проведенную жаркую и страстную ночь я сбежал с первыми лучами солнца, лишь мельком взглянув на спящую девушку, о чем потом не раз вспоминал. И жалел, черт бы ее побрал, эту Голубеву, что в тот вечер, четыре с половиной года назад, поддался соблазну и не устоял."

"После той ночи девушка так крепко засела у меня в голове, что ни о ком другом думать не мог.

Ее образ, словно наваждение какое-то из эротических фильмов, преследовал меня постоянно, не давая возможности забыть о ней. Боролся с ним, как мог – пачками снимал девок на вечер в надежде, что хоть одна из них сможет заменить тот взгляд, настоящий и неподдельный, горящие глаза, которые продолжали меня преследовать еще долгое время, и прекрасное тело, открыто извивающееся в моих руках.