Лорд-обольститель

— Да, я заметила, что ему не нравится, если кто-то ведет себя иначе.

— Полагаю, он просто изумлен, не более того. Как бы то ни было, вы имеете полное право не соглашаться с ним. В конце концов, ваш отец — знаменитый Кендал Коллисон. Я уверен, что барон непременно проникнется уважением к нему. Он всегда восхищается художниками.

— И совершенно не восхищается их дочерьми.

— Ну… я думаю, знакомство с вами его в некоторой мере позабавило.

— Странная манера забавляться. В любом случае я не намерена выступать в роли шута.

— Все будет хорошо. Только не давайте ему понять, что он… как это говорится… раздражает вас. В этом случае он будет еще больше стремиться вывести вас из себя.

— Отвратительный характер.

— Пожалуй, он согласился бы с вами.

— Ему бы родиться на несколько веков раньше. К счастью, цивилизация успела продвинуться далеко вперед.

Бертран рассмеялся.

— Как же вы категоричны. Не так уж плохо он себя вел. Мне кажется, он вас заинтересовал.

— Мне ведь предстоит… — и умолкла, чуть было не сказав, что собираюсь писать его портрет, а затем неуклюже закончила: — …помогать отцу.

Из своей комнаты вышел отец. Он выглядел очень слабым и больным, так что я ощутила страстное желание защитить его. Если барон посмеет хоть каким-то образом обидеть его, я выскажу все, что думаю.

Барон ждал нас в комнате с расписным потолком. С ним была женщина, чья внешность меня весьма поразила. Вначале она казалась мне красавицей, но в течение вечера я поняла, что она производит такое впечатление лишь благодаря своей пластике, одежде, осанке и безупречным манерам.

Барон церемонно приветствовал нас. На нем был темно-синий бархатный смокинг и белоснежная рубашка.

— О, — произнес барон, — а вот и наш художник! Вы поистине знамениты, сэр, и для нас большая честь принимать вас. Николь, это мсье Кендал Коллисон и его дочь мадемуазель Коллисон. С мадемуазель Коллисон мы уже познакомились… бегло… можно сказать, совсем на бегу.