Лорд, который влюбился

Но когда ассистентка явилась в кабинет и, усевшись напротив, попросила озвучить задание, в голову пришла неожиданная мысль.

А правда – почему нет? Ведь Джиффилин забрасывала письмами, а у меня объективно не имелось никакой возможности ответить. Но ответить нужно, и кому как ни девушке знать, что именно писать?

Они же все помешаны на охах, вздохах и прочих комплиментах. А раз так, то Эрике даже особого труда не составит! Пусть напишет черновик, а я перепишу своей рукой, и всё.

Найдя выход из муторной ситуации, я обрадовался.

Едва первый шок прошел, малышка Тизар прямо-таки взъярилась и принялась щебетать всякие глупости. Мол, Джиффилин непременно заметит, так поступать некрасиво и так далее.

Я слушал и недоумевал. Потом отпустил проблему, позволив Эрике переместиться за ассистентский стол и вдоволь попыхтеть.

А вот попытка выведать про Джиф порядком позабавила – да-да, для письма крайне важно какие у Джиффилин волосы и объёмы тела.

Когда Эрика ушла, я погрузился в изучение карты силовых узлов академии. Сведения были в высшей степени секретными, но мастеру-магистру Аларсу пришлось ими поделиться.

Я смотрел и пытался понять – и всё-таки как диверсант вычислил наиболее уязвимую колонну? Вот только и здесь ответов пока не предвиделось. Но самое неприятное – мы по- прежнему не могли понять зачем это всё.

* * *Эрика Тизар

Невероятно, но тараканья слизь подействовала почти волшебно. Вечером кожа покраснела и чесалась, а утром я стукнулась лбом о зеркало, в восхищении разглядывая себя. Лицо стало гладким и сияющим, и выглядела я так, словно только что вернулась с каникул.

Похорошела до невозможности! И это был лишний повод подпрыгнуть почти до потолка.

После положенных гигиенических процедур и тщательной ревизии гардероба, я отправилась на завтрак. Когда вышла, Камея и Амелин, уже поджидавшие снаружи, дружно выдохнули:

– Ого!

Вслед за мной появилась Лисента, и Камея нахохлилась, догадавшись:

– Чем вы вчера намазались?

– Я тебе предлагала, но ты сказала, что лучше покрыться прыщами, чем пробовать такое, – фыркнула Лисси.

Камея недобро прищурила глаза.

К завтраку, как и всегда, спустились вместе. Ками продолжала сопеть, а мы с Лисси улыбались и норовили пуститься в пляс. Отдельная приятность – парни.