Локки 3. Потомок бога

— А что ты думаешь по поводу дракона? Прежде их даже в Пустоши мало кто видел, а тут он очутился за Стеной. Многие уже говорят, что Хаос готовит вторжение на земли нашей империи.

— Пусть готовит. Мы его встретим и надаём по зубам. Правда, многие имперцы помрут. Но ты же не боишься умереть за империю?

— Да как-то не хотелось бы, — честно признался барон и тактично вышел из комнаты, дав мне возможность спокойно одеться."

"Я быстро напялил форму и присоединился к Лисову, двинувшемуся в столовую.

Та встретила нас чуть более шумной атмосферой, чем обычно. Даже аристократов проняли ночные события. Они довольно активно обсуждали появление дракона Хаоса и менее бойко нападение на особняк Долматовых. А о покушении на меня уже все забыли, будто и не было дуэли с ядовитой саблей и смерти Игоря.

Барон Лисов, понятное дело, тоже весь завтрак строил различные догадки, касающиеся дракона. И даже по пути в главный учебный корпус накидывал варианты, а замолчал, только когда мы вошли в полупустую аудиторию.

Я пожал плечами и пошёл следом за ней, поглядывая на её сексуальный зад, скрытый облегающей юбкой.

Впрочем, соблазнительный вид не отвлёк меня от главной мысли. А что, собственно, Багряному от меня потребовалось?

Глава 3

Минувшая ночь, особняк семьи Долматовых

Разгромленный бальный зал полыхал, потолочные перекрытия рухнули, а огонь уже лизал окровавленное тело Эдуарда Долматова.

Всё же пальцы хаосита сумели извлечь из кармана тускло мерцающий чёрный камень. Они изо всех сил сжали его, и тот хрустнул, как стекло. Тут же в полуметре от Эдуарда появилось туманное зеркало портала. Он пополз к нему, оставляя на полу кровавые следы.

— Брат… я с тобой… — донёсся до ушей хаосита шёпот Роберта.

Тот выбрался из-под обломков потолка и на карачках двинулся в сторону портала.

Эдуард слабо махнул ему рукой и вполз в туманное зеркало. Роберт последовал за ним. И они оба перенеслись в укрытый сумраком храм с витыми колоннами, теряющимся во мраке потолком и статуями, изображающими человекоподобных зверей.

Пламя факелов освещало растрескавшиеся плиты пола и каменный трон.