Люфтваффельники

Не скажу точно, но возможно, что иголку в мою вену втыкал уже другой человек. Под маской не видно. Возможно, что в бригаде существовала своя иерархия и распределение труда. Поставив мне систему, подсоединенную к банке с градировочной сеткой, медик снял жгут и убежал к следующему. Глядя, как густая кровь прошла отметку в банке за 400 мл. и, уверенно двинулась дальше, я начал проявлять некоторое беспокойство. Наконец, меня услышали, подбежали, убрали иглу и перевязав руку, сунули в ладонь ватку с нашатырем.

— Сам уйдешь?!

— Да.

— Иди, не задерживай. Следующий!

Я, осторожно, стараясь не делать резких движений, слез со стола и минуя многочисленную группу курсантов, загорающих на матах, двинулся к выходу. Последнее, что я увидел в «лаборатории», был курсант Полимонов, потерявший сознание прямо на входе в зал, еще до момента начала сдачи крови. Он вообще вида крови не переносил на дух.

Нисколько не удивившиеся вампиры, быстренько втащили бездыханное тело Полимона на стол и спокойно воткнули ему в вену иглу системы для сбора крови.

Я вышел за дверь. В холле ребята предложили мне кружку чая.

Медленно, стараясь не обжечься, я пил абсолютно несладкий чай и думал о происходящем. Рядом со мной сидели осунувшиеся и побледневшие ребята. Никто не балагурил и не зубоскалил. Настроение было поганое, всех угнетала картина увиденного и происходящего в настоящий момент за дверьми спортзала.

Все понимаю, кровь нужна, катастрофически нужна. Армия несет потери в Афганистане, много раненых.

Патриотизм и гражданский долг призывают и требуют. Все ясно. Но, почему, так?! Почему, как на бойне?! Как, у скота?! Даже, у потерявшего, от страха, сознание Пима?! Почему, как на страшном и кровавом конвейере?! Без уважения и сострадания, с равнодушным цинизмом?! Ведь, в следующий раз — хрен, кто купится на ваши увольнения! Да, кровь надо собирать, но не так! Ни как мясники и вампиры!

Поздно вечером, перегруженный «ПАЗик» с просевшими рессорами, нехотя выполз за территорию училища.

На его грязном борту, кто-то, пальцем, сделал свежую надпись — ВАМПИРЫ!

Этим кем-то, был не я. Просто, многие из ребят пересмотрели свои взгляды на окружающий мир. Мы повзрослели. Большая часть курсантов, получив право на внеочередное увольнение в город, посреди дня разобрали свои койки и просто легли спать, а маленький желтый листочек с синей гербовой печатью — «увольнительная записка», остался сиротливо лежать на прикроватной тумбочке."

"65.