Люфтваффельники

Парни поставили машину так, что она одним бампером уперлась в бетонное крыльцо здания, а другим — в могучий тополь. В результате этих манипуляций автомобиль Зайчика потерял возможность к самостоятельному передвижению. Закончив свою дерзкую операцию, ребята из 41-го отделения незаметно для Зайчика, вернулись в строй на свои законные места.

Знатно покривлявшись еще около часа, лейтенант, наконец, завершил вечернюю поверку и дал команду: «Отбой». Курсанты, вяло, почистив зубы и посетив в туалет, улеглись по койкам.

В общей сумме, Зайчик на своих рисовках и придирках задержал время отхода роты ко сну более чем на час что, в принципе, является нарушением распорядка дня. В Советской армии запрещалось наказывать личный состав лишением сна тем более в полном составе подразделения. Зайчик явно и целенаправленно нарывался на неприятности.

Сухо попрощавшись со старшиной роты, не переставая жевать дефицитную резинку, лейтенант вышел на улицу.

"Кролик обескуражено замер на крыльце казармы. Он даже выронил из рук ключи от машины. Офицерик снял фуражку и почесал затылок. Затем, подняв ключи, он подошел к «Москвичу» открыл дверь и сел в салон. Зайчик включил фары и запустил двигатель. Потом заглушил двигатель и вылез из машины. Было явно видно, что наш командир в полном недоумении.

— Ну, давай, взлетай! Ты же из ВВС! Штурвал на себя! Форсаж и вертикальный взлет! Давай, зайка, дерзай! Дома крольчиха заждалась!

— Хорош тупить! Пили тополь! Грызи скорей, бобер вислоухий, а то Пиночет застукает!

Зайчик опять вылез из «Москвича» и попытался сдвинуть его в сторону. Ноги офицера, обутые в щегольские полуботинки чешской фирмы «Цебо», беспомощно заскользили по траве.

— Ну, давай, давай, упирайся лучше, кентавр педальный!

— Смотри не надорвись, а то жопа на британский флаг порвется, Геракл сраный! Береги себя, а то завтра Пиночету некуда будет тебя пороть! Беги в аптеку за вазелином, очко мазать. Комбат его тебе, в раз, развальцует!

— Какие аптеки?! Ночь на дворе.