Люфтваффельники

Видя, какой неблагоприятный расклад принимает это пакостное дело, курсант Копыто благоразумно и скоропостижно затерялся в недрах спального помещения, усиленно и талантливо создавая видимость того, что он — Витя Копыто, к данному происшествию не имеет никакого отношения и вообще абсолютно не причем.

Через некоторое время, буквально через 1-ну минуту, нашу роту экстренно построили, и майор Череп, мокрый и мрачный, долго бродил вдоль строя наших, еле сдерживающих смех, курсантов. Командир 5-й роты бродил с погнутым ведром в руке, на котором ярко синей краской было размашисто и неаккуратно намалевано: «4 рота, туалет».

Поиски ничего не дали, своего обидчика, Череп так и не узнал, а добровольно Витя не признался. Ибо, по его искреннему убеждению: «Чистосердечное признание — это кратчайший путь на гауптвахту!» А сидеть в такую жару, в душной камере?! Спасибо, увольте! Дураков нет!

К тому же, наш ротный Володя Нахрен, досконально разобравшись в обстоятельствах покушения на командира 5-ки, своевременно и очень убедительно наехал на Черепа с грубыми претензиями за перекрытый вентиль и несанкционированно ограниченный доступ к воде.

Он резко посоветовал командиру 5-й роты, не нарываться на более крупные неприятности и, не злоупотребляя нашим гостеприимством поскорее отбыть в расположение своей роты, для дальнейшего плодотворного командования стадом презренных водяных воров. Иначе, об обстоятельствах данной водяной войны, а именно — о хитром вентиле, будет немедленно поставлен в известность главный третейский судья — кровожадный Пиночет, тьфу, тоесть — справедливейший из смертных комбат Серов. "

"Обиженный и мокрый Череп, прижатый тяжестью справедливых обвинений, раздраженно бросив гнутое ведро на пол, ушел восвояси. Володя Нахрен усмехнулся, небрежно махнул рукой и скрылся в своей канцелярии. Он ушел обдумывать пути реализации своевременного распоряжения Пиночета о скорейшем внедрении в жизнь своевременного лозунга о повсеместном и всеобщем развитии воинского братства и взаимовыручки на фоне очередного укрепления строгой уставной дисциплины.

В это самое время, прямо у нас над головами раздавались восторженные крики и громкий топот. Это на третьем этаже казармы, курсанты 16-й роты восторженно качали нашего Жеку Ящикова.

Все ребята искренне благодарили его, как своего чудесного спасителя от изматывающей жары и жажды. Они дружно и восторженно подкидывали Женьку, в признательность за подаренную воду.