Люфтваффельники

Но это все лирика, итак, Мишка заговорил…

Поэтому, все курсанты мгновенно перестали пить «шайтан-воду» и чавкать «деликатес-еду», а дружно уставились на Мумина, жадно ловя каждое его слово. Скромный тихоня-таджик несколько смутился всеобщему пристальному вниманию, так как привык находиться в комфортной тени и на вторых, а то и третьих ролях, но под воздействием коньячных паров он, гордо вскинув голову, уверенно продолжил.

— Может! Мой мама мне этот в отпуск сказаль, что Мумин когда училищь кончит, то в тот день ему дом мама отстроит, «Вольга» дарит и уже красивый молёдой жена нашель, их родне денег уже дала — калым. Так! Я свой будущий Гюйзаль еще не видаль, все говорят, что очень красивый. Мне только на свой свадьба видеть можна.

В спальном помещении воцарилась непроизвольная тишина. Изумленные парни, находясь под впечатлением от услышанного, удивленно пораскрывали рты, рискуя расстаться с непроглоченной пищей, жадно запиханной за щеку.

В наших мозгах проскочила искорка короткого замыкания из-за явного осознании того, что на нашей планете, изъезженной вдоль и поперек, есть еще непуганые места, куда вездесущая советская власть еще просто банально не добралась! Заплутала бедняжка, наверное, в бескрайних песках Таджикистана еще где-то в начале 1917 года, а возможно, что померла от жажды или сошла с ума от незнания местных обычаев, языка и уникальной дремучести коренных жителей.