Любовные утехи русских цариц

Лучшие французские мастера свои экземпляры присылали, ни один не подошел, а подошел обыкновенный, железный, который ему наш самоучка-изобретатель Кулибин смастерил. Так, на кулибинском протезе, ринется Валериан еще Персию завоевывать. Это несколько позднее будет. А сейчас, весьма удрученная состоянием своего любимца, Екатерина Великая посылает к нему своего собственного хирурга, дарит ему ленту Святого Андрея со ста тысячами рублей в придачу. Думаете, дорогой читатель, поблагодарил Валериан Екатерину за щедрый подарок? Как бы не так.

Он говорит «мало» и требует присылки еще 500 тысяч рублей. Пришлось раскошеливаться матушке государыне.

В 1795 году с большой помпой и оторванной ногой Валериан прибыл в Петербург и предстал перед императрицей в инвалидной коляске (протез потом объявится), чем вызвал искреннюю ее жалость. Императрица поплакала немного и пошла награждать по-новому Валериана. Он получает в подарок дворец на Большой Миллионной улице, где некоторое время тому назад господин Бирон обитал, 25 тысяч рублей золотом и 13 тысяч ежегодной пенсии серебром.

Вот как дорого Екатерина оценила потерю ноги Валериана."

"Побыв немного в Петербурге, Валериан на кулибинском протезе поехал Персию завоевывать, где отличился крайней жестокостью, опустошил несколько провинций, перебил несметное количество людей и осадил один из городов — Дербент. Старейший житель, почтенный 120-летний старец, самолично принес ему ключи от города, положив, таким образом, успешное начало завоеванию Персии.

Но фавориты сильны только тогда, когда монархи их своим расположением жалуют. Удали их или умри их благодетель, и всесильные орлы превращаются в ворон с намокшими крылышками. Примерно так обстояло дело и с Валерианом Зубовым. Екатерина уже умерла, а ее сын Павел, действуя против интересов своей матери, к завоеванию Персии энтузиазма не проявил и отозвал свои войска в весьма обидной для Валериана Зубова форме: не сообщил ему об этом решении, а только в штаб генералитета депешу прислал.

Словом, любить Павлу Валериана причин не было, поэтому он потом вместе с Платоном будет участвовать в заговоре против него. А поскольку в Петербурге, где уже царствовал Павел, ему делать было нечего, возвратился он в Курляндию. Здесь от сидячего образа жизни сильно растолстел, что не помешало ему жениться на экс-жене польского графа Потоцкого Марии Федоровне Любомирской, с которой перед этим был в тайной связи.