Любовные утехи русских цариц

Он ни одного дня не проводит дома, разъезжает с нею совершенно открыто в экипаже по городу, отдает с нею визиты и посещает театры»[158].

А. Н. Бенуа. Великая княгиня Екатерина Алексеевна возвращается с удачной охоты. Заставка к книге «Царская и императорская охота на Руси».А сама Анна Петровна была женщиной в высшей степени добропорядочной. Никаких себе бесчинств с другими мужчинами не позволяла, и мы не согласны с утверждением современника П. Долгорукова, что она якобы «все ночи проводила вне дома. После брака она стала утешаться на стороне»[159].

"

"Может, князь Долгорукий супругов перепутал? С другой стороны, могла бы Анна Петровна и пребывать «вне дома», позволительно, поскольку, как нам кажется, нет худшей обиды для женщины, чем равнодушие со стороны супруга, который постоянно ей это демонстрировал. Пусть спасибо этот захудалый герцог скажет Анне, что не поступила так, как Ингеборга, вторая жена Филиппа Августа. Событие это до сих пор представляется одной из невыясненных исторических загадок XII века.

Влюбившись, как говорится, «с первого взгляда» в сестру датского короля Канута IV и получивши согласие на то, чтобы Ингеборга стала его женой, Филипп Август чувствовал себя на своей свадьбе в Париже 15 августа 1193 года, как говорится, на верху блаженства. Супружество длилось… одну ночь. Это было самое короткое супружество во всей истории мира. На другой день Филипп хмурым вышел из спальни, а когда показалась его жена, он отвернулся и с этого момента не только не захотел ее видеть, но объявил всенародно, что брак расторгает. Она, не чувствуя себя виноватой, в жалобе Папе Римскому объясняла все это довольно выразительно, что была и остается девственницей и не понимает такого несправедливого отвращения к ней супруга. И Папа Римский вынужден был ее правоту признать, объявить ее королевой, но король не пожелал считать ее своей женой. Словом, раздор в Датском и Французском королевствах. А Ингеборга взяла и не отступила и продолжала себя называть королевой, не принимая во внимание, что Филипп Август ее не желает. И двадцать с лишним лет длилась эта перепалка между мужем и непризнанной женой, пока многие подданные, которым эта кутерьма надоела, не начали ее принимать за королеву. Видите, до чего упорство доводит. А наша Анна Петровна только и умела, что плакаться над своей печальной участью нелюбимой жены, хотя претендентов занять место супруга в ее постели было много, но царица была тверда.