Любовные утехи русских цариц

А потом, от груди отнявши, начинали в ребенка впихивать разные сладости — пастилы и маковнички, орехи и варенье и фрукты засахаренные! Прямо по Фонвизину получается: «Поди, Еремеевна, дай позавтракать ребенку». — «Он уже и так, матушка, пять булочек скушать изволил». — «Так тебе жаль шестой, бестия?» И росли дети бледные, толстые и хилые, и умишком слабые. Да, не читали наши матушки-царицы известное сочинение П. Енгалычева «О продолжении человеческой жизни», правда, оно позднее вышло, только в 1804 году было издано.

Там сказано, что долг родителей обеспечить правильное, согласное природе течение детства. Свежий воздух, закаливание, регулярное, но не чрезмерное питание. Словом, прописные истины сегодняшнего дня, о которых наши царицы тогда мало представления имели. «Место, где спят дети, должно быть провоздушиваемое (слово-то какое! — Э. В.), и вопреки обычаям, под спальню следует отводить просторное помещение.

Никакие увещевания ученых мужей относительно здоровой простоты и «провоздушиваемости» ложа царского дитяти успеха у монарших особ не имели. Им надо было непременно мир удивить затейливостью люльки их ребенка. У Лукреции Борджиа в ее Феррарском дворце архитектор специальную люльку запроектировал. Вот и получилась полуязыческая святыня, в которой дышать ребенку нечем было. Ребенок должен был спать в выдолбленном камне, внутри обитом позолоченным деревом, с четырьмя колоннами, представляющими собой золотые деревья с золотыми веточками и листьями из драгоценных камней.

А вот детская императора Иоанна Антоновича в описании историка В. Михневича: «Колыбели две дубовые, оклеенные орехом, искусного мастера, обиты парчою по краям и углам позументом серебряным, а внутри тафтою, а в них сделаны матрацы, подушечки, одеяльца, пуховички»[136].

"«Никаких подушек, никаких балдахинов и пуховичков», — заявила Екатерина Великая, которая хотя П. Енгалычева читать не могла ввиду отсутствия этой литературы, возникшей позже на четыре десятка лет, но поступала весьма разумно. Если у Енгалычева сказано: «Спи на тюфячке, набитом конским волосом. Пока молод, не пользуйся периной.