Любовные утехи русских цариц

Самое прискорбное для наместника было то, что он, не подозревая подвоха, развернул подарок царицы во время званого обеда на глазах многочисленных гостей, которые поняли значение такого подарка.

Если уж мы коснулись «доброты» Екатерины Великой, то скажем, что императрица, склонная к романтизму, не избежала его и в подарках своим подданным. Приносят, скажем, какому вельможе от царицы простой цветочек в глиняном горшочке, так, дрянцо — герань там или фуксию, он значение сие силится понять, во все стороны горшочек вертя и ничего не понимая.

Глядь, а в стебелек цветочка драгоценный камень воткнут, цены неимоверной. Или вручают кому в подарок от царицы простой дешевый железный рукомойник, он понять сей намек не может и силится сообразить, что он такое сделал, что царица на него обиделась и такой подарок сделала, глядь, а вместо воды из рукомойника дождь драгоценных камней сыплется. Вот какая не только умная, но и остроумная государыня была.

Другие царицы так не изощрялись в подарках. У них традиционно: фаворитам должности и дворцы, фрейлинам — старые платья.

Только старые, ни в коем случае не новые. И пусть бы попробовала какая придворная перещеголять царицу в роскоши платья или туалета, она живо бы или своей должности лишилась, или страшное наказание понесла. Так, Елизавета Петровна, претендующая на звание первой красавицы Москвы и Петербурга, вдруг на балу увидела в волосах красавицы фрейлины Лопухиной белую розу, а точно такую же розу имела в этот момент царица на своей царственной головке. Не смущаясь многочисленного общества, царица в дикой ярости схватила бедную Лопухину за косы, пригнула ее к земле и, ругаясь, как хороший извозчик (а ругаться-то она умела!), оттяпала ей часть косы вместе с кусочком кожи. А когда от ужаса Лопухина упала в обморок, Елизавета Петровна пожала плечами и, положив свою ручку на плечо кавалера, продолжала танцевать менуэт, который танцевала лучше всех в Петербурге. Она потом этой несчастной Лопухиной прикажет язык отрезать и выпороть публично.

Розу прицепила! Непростительная оплошность с вашей стороны, дорогая фрейлина! Воспитываясь при монаршем дворе, пора бы знать, что первенство по красоте и прочим качествам принадлежит монарху. Вон Клавдий Тиберий чуть под меч не попал, когда при начинающем лысеть Калигуле явился в блеске своей пышной чуприны. «Как ты смеешь ко мне с такими волосами являться? — закричал на него Калигула и тут же приказал страже: — Снять ему голову».