Любовница (СИ)

Все что удалось узнать — она понятия не имеет, где Анастасия, а с Титовыми не общается почти столько же, сколько с дочерью. Женщина была предельно аккуратна, потратив, по его словам, уйму времени, фокус с Шутовым/Яковлевым повторить не удалось.

Во время еще одной их встречи с Титовым, тот опять бесновался, угрожал, чего-то требовал, кажется, совершенно не понимая, как он попал.

Одну встречу, так и не назначенную, Яр постоянно в своей голове переносил. Снежа. Им нужно было поговорить.

Снова знакомый подъезд, свет в окнах на седьмом, бронированная машина у выезда.

Она не медлила, просто посмотрев в глазок, не сразу поверила, что ей не чудится.

— Ты приехал! — шею обвили руки, сдавливая очень-очень сильно.

— Нам надо поговорить, — Снежа заглянула в лицо мужчины, а потом отступила, пропуская в квартиру.

Девушка оттягивала неизбежный момент разговора, как могла, невозможно медленно готовила чай, оставив Самарского в гостиной, пыталась справиться с дурным предчувствием, не получилось.

— То, что я тогда сказала, это неправда. Я просто очень злилась. У меня никого нет.

— Я знаю.

— Прости, я просто была дико злая, ты снова уехал, а я опять осталась одна. Не знаю, что на меня нашло, просто захотелось, чтобы ты чувствовал то же, что я. Я дико тебя ревную, Слава. До жути.

Еще месяц тому, он с уверенностью сказал бы, что зря. А сегодня, изменилось все, в том числе и это.

— Я верю тебе, честно. Но просто это ужасно сложно, не знать где ты, не иметь возможности увидеть или даже услышать! Но я буду стараться…

— Ничего не получится.

Внутри у Снежи похолодело.

— Ты мне не веришь, думаешь, я вру? У меня правда никого нет.

— Дело не в этом.

— А в чем?

— Все усложнилось, — если раньше, он думал о том, что не хочет мучить ее, сейчас не хотел мучить еще и себя.

Он не хотел сделать ей больно, не хотел доставлять страданий, просто пытался объяснить то, что она и так уже давно понимала сама — у них нет будущего.

Снежа повела себя как и всегда до этого — она не умела требовать, истерить или шантажировать.

— Снежана, — он окликнул девушку, кажущуюся совершенно безучастной.

— Просто уйди. Прошу.

Ведь говорят, что насильно мил не будешь, вот только этот аргумент не помогает воспринять легче, когда тебе об этом сообщают.