Любовница (СИ)

Сердце вырывалось из груди, тело ныло, места захватов уже покраснели. Опустившись на пол, Саша закрыла глаза, заставляя себя перестать трястись, а главное — дышать. Вдох-выдох.

* * *Когда самолет приземлился в аэропорту, Самарский с Артемом вышли из терминала, Яр думал о том, что все должно было быть не так. Это должно было быть триумфальное возвращение, он должен был достичь желаемого и не чувствовать всех тех сомнений, в который будто окунулся с головой.

Саша не должна была остаться во Франции, он не должен был искать выходы из ситуации, способные обойти слишком большое количество острых углов.

Он думал о том, что ему предстоит сделать большую часть ночи, смотрел в безмятежное лицо той, которая занимала в последнее время слишком много места в его мыслях и думал. Впервые в своей жизни, он так и не нашел решения. И раньше-то Яр сильно надеялся, что Титов элементарно испугается за дочь и пойдет ради нее на все, а теперь… Теперь, кажется и он готов пойти на кое-что ради нее.

— Я хотел сказать, на счет вчера… — Артем хранил молчание практически все время, пока они летели, впрочем, Ярослав этого даже не заметил, углубившись в собственные думы.

— Не бери в голову. Она все равно бы не сбежала.

— Я уже дважды чуть ее не упустил, мне кажется, будет лучше, если кто-то другой…

— Будет лучше, если ты перестанешь жевать сопли и вспомнишь, почему именно ты начальник моей охраны, — лучшей похвалы от Самарского ожидать сложно.

— Мы сначала куда?

— В офис, а потом к Титову.

Перед отъездом, он так и не поговорил нормально с Димой, не услышал хоть какой-то толковый совет в том, что делать дальше. А в совете он нуждался, и впервые был готов это признать. Покрутив в руке телефон, Яр набрал номер, который, казалось, вспомнит последним:

— Алло, это Самарский.

— Да, Ярослав Анатольевич, я вас узнал. Что-то произошло?

— Нет. Просто я передумал.

Кущин засмеялся на той стороне провода, чуть хрипловато, а потом смех и вовсе сошел на кашель.

— Я рад, я очень рад, что вы приняли правильное решение, Ярослав Анатольевич. Когда мы можем встретиться?

Ну вот, кажется, первый шаг сделан, остается только надеяться, что этому Шерлоку будет, что ему рассказать, иначе, он снова в глухом углу.