Любовница Президента

Сейчас это модно.

Отпил виски и замер…Ему нравилось ее унижать, а еще он блефовал и решение уже давно принял. Когда сказала, что девственница, член напрягся еще сильнее, стал каменным, и стояк начал причинять почти болезненные ощущения. У него никогда не было целки. Ни разу. Никогда не было той, кого бы никто не тронул…Даже Людочка, сучка, оказалась пользованной. Но его это мало тогда волновало, а сейчас всколыхнуло так, что в паху запекло.

— Так быстро не купят, а мне надо сейчас. Я буду делать все, что вы захотите.

Абсолютно все. Стану вашей вещью, куклой, рабыней. Исполню любое ваше желание, только купите меня у него и увезите отсюда, пожалуйста! Неужели я вам совершенно не нравлюсь?

В эту секунду его терпение лопнуло, и он совершенно потерял контроль. Ему надоело играть с ней, вываливать свою добычу в грязи. Он захотел ее сожрать. НЕМЕДЛЕННО.

— Разденься наголо.

Как сильно она вздрогнула. Что, не ожидала? Он сам от себя не ожидал, но похоть уже поглощала его всего, она просочилась ему под кожу, она вздула вены жгутами и заставила кровь закипеть.

Он хотел эту нетронутость, хотел ее девственность. Хотел взять то, что она предлагала, и сделать полностью своим. Да…это было потребительское ощущение. Это была страсть, которую испытывают к вещи. К новой, завернутой в обёртку, желанной до безумия вещи, которую никто и никогда не трогал и не тронет кроме него самого. И он хотел ею попользоваться до трясучки во всем теле.

Тогда он еще не представлял, какой одержимостью он воспылает к этой девчонке.

— Сними с себя всю одежду, распусти волосы и встань на колени. Вот здесь, у моих ног.

— Зачем?

— Я буду тебя трахать. Разве ты не за этим пришла в мой номер?

— И как я могу быть уверена, что вы выполните свою часть сделки после того, как…?"

"— После того, как я тебя трахну? Никак. Ты собралась стать моей вещью, а перед вещами не отчитываются. Раздевайся или уходи.

И он бы ее уже не отпустил. Это тоже было блефом. Он бы сцапал ее, завалил на пол или зажал у стены, и взял бы насильно. Потому что только эта девочка разбудила в нем голодное и жадное животное.

Глава 4

Я ощутила, как между нами разверзлась пропасть. Она невидимая…но я ее вижу. Я даже вижу, как из-под моих ног вниз летят камни, и я вот-вот сорвусь, чтобы там, на дне, разбиться насмерть. И мне вдруг привиделось, что когда я буду умирать, истекая кровью, он будет смотреть сверху и хохотать…

(с) Ульяна Соболева. Паутина

Он стоял надо мной. Огромный, сильный, ужасно большой и такой реальный.