Любовница Его Величества (СИ)

— Вот сейчас, избавь меня от своих моральных терзаний, — Алиссин положила голову на ее плечо, тихо простонала, — я бы могла уйти, но ты не выдержишь такого темпа, и он это знает. Река перекрыта, дороги тоже, этот демон, наверное, и не спал ночью.

— И что теперь? — Кати не знала — радоваться услышанному или нет.

— Ну… — Алиссин фыркнула, — придется действовать старыми проверенными методами.

* * *— Я не могу больше! — Катарина упала на колени, а затем и вовсе легла на траву, уже не думая о том чисто здесь или нет.

В быстрогустеющих сумерках уже были заметны блестящие спинки светлячков, судя по шорохам вокруг них, просыпались лесные хищники… Где-то вдалеке послышался вой…

Алиссин вернулась, хмуро воззрилась на лежащую девушку:

— Кати, радость моя, поднимайся, нам еще всю ночь предстоит идти!

— Я не могу! — простонала несчастная княгиня, — В моих сапогах хлюпает не пот — кровь! Мои ноги дрожат от перенапряжения! Я не могу, Ваше Величество…

— Как можно быть такой слабой?! — презрительно фыркнула королева.

И снова изнуряющий бег по ночному лесу. Алиссин крепко держала ее за руку, заставляя бежать за собой, а Катарина старалась ступать так, чтобы не сломать ногу, что было бы не сложно в этом лесу, где змеились корни деревьев.

Бег, быстрее и быстрее и она понимает, что ей не показалась. Алиссин, тихо проговаривая какие-то ругательства, бежала все быстрее, не отпуская руки Катарины.

— Ранаверн идет по следу! — на ходу сообщила Алиссин. — Не понимаю, как он вычислил нас! Не понимаю!

Катарина, из последних сил стараясь не упасть, хрипло ответила:

— Просто он такой же зверь, как и ты!

Резко остановившись, королева приказным тоном произнесла:

— Повтори!

Согнувшись, Катарина пыталась отдышаться, и злость, смешанная с усталостью нашла выход:

— Вы все звери! — выкрикнула Кати, — И ты, и Дариан и князь Арнар!

Алиссин чуть склонила голову набок, а затем метнулась к девушке.

— А ты меняешься, Кати, — и насмешливое, — видимо брак с Арнаром стал для тебя полным разочарованием, а?

Вырвавшись, Катарина зашагала вперед, упрямо поджимая губы и стараясь не давать волю слезам.

— Ну же, Кати, — королева не отставала, — он бил тебя? Принуждал? Он был груб?

Катарина промолчала.