Любовь зла, или Разрыв шаблона в действии

- Может лучше рассольчика?

- Ага…и помидорчика, - обернулась баб Маша, уперев одну, свободную от клюки, руку в бок, - Ты мне еще в прошлом месяце обещался в подвал за соленьями слазить. Не сделал?! Вот теперь терпи…без рассольчика обойдешься.

Мужчина вздохнул, кое-как соскреб себя с дивана и поплелся за пожилой женщиной, то и дело, натыкаясь на мебель.

- Садись, - указала на табуретку баб Маша и поставила перед ним кружку с чаем без сахара.

- Мария Петровна, вы чего сегодня такая злая – даже сахара не дали?

Баб Маша метнула на него убийственный взгляд.

"- Сейчас как дам по лбу! Чует мое сердце - неспроста ты ко мне среди ночи пьяным приполз. Дел натворил?

Полковник честно постарался порыться в памяти, но вторая половина вечера, а это сразу после того, как они с Василичем и Петерманом уговорили три по ноль семь, словно пропала.

- Нет вроде…бы…

Мария Петровна несколько секунд сверлила его выцветшими глазами, а потом со вздохом опустилась на стул.

- Вот именно, что «бы». Дурак ты Федька.

- А ты почем знаешь? – подозрительно прищурился мужчина.

- Да мне и знать не надо, - фыркнула старуха, - У тебя все на твоей несчастной роже написано. Обидел девку.

- Почему это сразу обидел?!

- А коли не обидел бы, то к ней в ножки ночевать поперся, а не мой забор в два часа ночи брать штурмом. Кстати, чинить его прям сейчас и пойдешь, лосище безголовое. Башка здоровая выросла, а ума не прибавилось.

- Мария Петровна! – хотел было возмутиться на оскорбление Федор, но бабка возьми и отвесь ему подзатыльник.

У мужчины от неожиданности аж дар речи пропал.

- Что Мария Петровна?! Мне уж Лизка доложилась, что к ним утром Иринка прибегала, тебя дома не застала и ушла вся в слезах. В кои-то веки бабу себе путную нашел и ту потеряешь из-за дурости своей.

Полковник мрачно насупился и молча уставился в кружку.

Чай встал поперек горла и чувство горечи во рту усилилось.

Молча, провожаемый осуждающим взглядом Марии Петровны, он вышел из дома на улицу, пошарил по карманам, нашел пачку сигарет и, усевшись на деревянный порог бабкиного дома, закурил.

Перед глазами медленно проносились события вчерашнего вечера и сейчас после того, как острота обиды притупилась, казалось, что он все-таки погорячился.

В первые мгновения, увидев Иру с другим мужчиной, он взбесился.

Этот наглый, вечно упакованный в дизайнерские тряпки тип, так смотрел на его Кралю, словно у них что-то есть. Было видно – эти двое отлично знают друг друга.