Любовь-война

– Попросил уговорить меня не предпринимать ответных действий?

- Да, он… То есть нет. Я пришла сама. Просто он сказал, что…

- Какая же ты сука, Кавьяр! – в сердцах восклицает Шульц и вдруг заливается хриплым, но совсем не веселым смехом. – Я-то идиот решил, что ты в больничку ради меня явилась, самочувствием моим захотела поинтересоваться… Но нет! Ты, оказывается, по поручению своего парня прискакала!

Потрясенно хлопаю глазами, силясь осознать смысл его слов. Как же он мог все так неправильно, извращенно понять?!

- Я ради тебя и явилась, Андрей! – возражаю я.

- Да похер! Мне вообще плевать и на тебя, и на этого ублюдка! – он обессиленно откидывается обратно на подушку и уже тише продолжает. – Но просто так я этого не оставлю, даже не надейся. Нужно отвечать за свои крысиные поступки.

Голос Андрея полон такой лютой злобы, такой неприкрытой ненависти, что у меня не остается ни единого сомнения: он непременно претворит свои угрозы в жизнь.

Мне вдруг становится очевидно, что сегодня, а точнее в тот день, когда его избивали Донские, последняя ниточка, связывающая нас, оборвалась. Мы пересекли черту, вышли в точку невозврата, и за нашими спинами ничего не осталось – все сожжено дотла, и лишь обугленные руины напоминают о том, что когда-то мы были лучшими друзьями.

- Я отвечу, Шульц. Сама отвечу. Не впутывай сюда никого.

Несколько мучительно долгих мгновений Андрей буравит меня презрительным взглядом. Смотрит так, будто душу из меня хочет вынуть и наизнанку ее вывернуть. Не выдержав напора, опускаю глаза в пол, а он мрачно изрекает:

- А за меня ты так никогда не вступалась.

Не говори так, Андрей. Неправда это. Я бы за тебя любого порвала.

Если бы ты тогда в лагере вступился за меня.

- Так мы договорились? – до боли в ладонях сжимаю кулаки, чтобы не разреветься.

- Договорились, - устало кивает он, снова отворачиваясь. – А теперь пошла вон отсюда.

Глава 34

Кристина

Последующие недели я жила как в тумане.