Любовь в прямом эфире (СИ)

Характером ни в мать, ни в отца, ни в сестру. Правда, Лев говорит, что сын пошел в своего дедушку. Когда я была на четвертом месяце, Мот подошел ко мне и деловито сказала:

— Я подумал и решил, что буду называть тебя мамой. Ты не против?

Я опешила и пару секунд вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, шутит ли он.

— Это тебя папа попросил так сказать?

— Нет, я сам решил. Будешь моей мамой?

Гормоны снова ударили по всем фронтам: и в голову, и в самое сердце. Я притянула мальчика к себе, растрепала его непослушные волосы и прошептала:

— Ну конечно, Мотя, я буду твоей мамой.

"А он ничего не ответил. Только обхватил меня двумя руками и прижался к животу. Тогда-то я поняла, что все мои страхи были беспочвенны. Он принял меня такой, какая я есть, а я взамен захотела поделиться с ним любовью и нежностью, которая много лет спала на дне израненной души.

Родила я предсказуемо раньше срока. Соня была не Соней, если бы все у нее было просто. Сильные схватки, слабая родовая деятельность и как результат — операция.

Спустя два с половиной года, я уже не помню всех трудностей первых месяцев с близнецами. Нам всегда помогали мои родители, свекровь, Юля, Матвей и даже Ваня с Настеной. Айлин и Диана, как опытные матери, успокаивали меня в чате, когда я отправляла им фотографии то красных точек на коже, но детской неожиданности странной консистенции.

Сейчас с Лизой и Викой намного легче. Они уже ходят в детский сад, разговаривают, многое хотят делать самостоятельно. А еще девочки похожи друг на друга, как две капли воды — цвет волос у них мой, а глаза такие же голубые, как у папы. Лев говорит, что видит в них мое отражение, а я наоборот.

— Папа, я хочу звезду повесить! — Лизок дергает отца за штанину.

— Нет, папа, я хочу! — не уступает ей Викуля.

Лев садится на колени и девочки бросаются к нему. Он крепко их обнимает и смеется:

— Девочки, звезда у нас только одна, как и папа.

— Но она такая класивая! — восхищается Вика.

— Да-а-а-а, — подтверждает Лиза.

— Давайте мы с вами украсим елку игрушками, а Мотя повесит звездочку, чтоб никому не было обидно, — предлагаю я.