Любовь в никогдабре

Первым порывом было отыскать, вернуть, заставить извиняться за мерзкое поведение. Но решил дать хранительнице успокоиться. Не стал ее догонять, чтобы не превратить плохую ситуацию в неразрешимую. Походит немного, остынет, может быть, хватит соображения вернуться.

Я с чувством пнул ни в чем не повинный камень. Что делать дальше, не представлял, идей не было. Всё зависело от памяти Валерии — если она не вспомнит, то шансы выжить нулевые. Конечно, я взбесился из-за бесплодно проведенного в фонде дня.

«Я чувствую здесь!»

«Я чувствую тут!»

«Нет, я чувствую там!»

«Алексей, в этот раз ощущаю так явно, как никогда до этого!»

«Ой, секундочку, кажется, в этот раз точно оно!»

Я как идиот подскакивал каждый раз, когда ее несло то к одному стеллажу, то к другому.

Пока я шагал, погрузившись в мысли, калитка открылась и зашла Валерия. Наверное, она надеялась прошмыгнуть незаметно, но не получилось. Тогда хранительница воинственно расправила плечи, посмотрела мне прямо в глаза и заявила:

— Я собираю вещи и уезжаю!

— Валерия, ты время видела? Автобусы уже не ходят, — покачал я головой.

— Ничего, на попутке поеду! — вздернула подбородок она."

"— Слушай, ну ладно тебе меня не жалко, но незнакомые люди в чем виноваты? Лопнет колесо у попутки, будешь себя всю жизнь винить… — Увидев неуверенность в ее глазах, я тут же продолжил: — Хочешь уехать? Ладно. Но подожди хотя бы до завтра, утром сам отвезу тебя домой.

Валерия нахмурилась, что-то обдумывая и явно сомневаясь, но потом всё же согласилась:

— Хорошо, но только до утра!

И обогнув меня по широкой дуге, зашла в дом.

«М-да, Алексей… У тебя менее двенадцати часов, чтобы как-то решить эту проблему и сделать так, чтобы Валерия осталась».

Впервые в жизни я не представлял, как это сделать. Деньги? Знаем, плавали, пошлет, как пить дать пошлет… Принудить? Она и так меня боится… Шантажировать приемными родителями? И без того ненавидит.

Я присел на стоящую под вишней лавочку и потер виски.

«Думай, думай, думай!»

Но сказать легче, чем осуществить. В голову лезла несусветная чушь. Просидев там еще несколько часов, я так ничего и не придумал. Решил, что утро вечера мудренее, и зашел в дом. В конце концов до утра Злоключение уж точно никуда не денется.

Валерия ожидаемо спала, по крайней мере свет в ее комнате не горел. Я прилег на кровать и забылся тяжелым сном.