Любовь в никогдабре

Обвел всех присутствующих взглядом и сразу упорхнул. Видимо, решил, что рассусоливать уже незачем, ведь ничего не исправить.

Да, Максим достойно держался, хотя неизвестно, чего на самом деле это ему стоило. Но готов ли я принять такую судьбу? Перед глазами возникло лицо моего Злоключения, а потом улетающий вдаль зимородок, обреченный вскоре потерять рассудок и провести остаток жизни обычной птицей.

Нет уж, я еще не всё испробовал. И пока есть время, буду бороться.

***— Я оплачу все издержки, не волнуйтесь на этот счет, Сергей Денисович! — Я разговаривал с одним из самых известных гипнологов страны.

Это был последний вариант, который не попробовал, — попытаться достать воспоминания из Валерии с помощью гипноза. Да, когда я разговаривал об амнезии с доктором наук в первый раз, он резко негативно отзывался об этом способе, много говорил о ложных воспоминаниях, рассказывал о волне таких случаев и о том, как они влияли на человека. К тому же неизвестно, как это подействует на хранительницу, учитывая всплески энергии книги.

— Алексей Антонович, дело не в деньгах, как вы не понимаете… Времени слишком мало, а задача серьезная, — отозвался в трубку тот. — Воспоминания и так штука ненадежная, спешить в этом деле никак нельзя. А ведь еще и контакт нужно с клиентом установить…

— Я бы не просил вас, если бы речь не шла о жизни и смерти. Разве вам самому не интересно решить такую задачу? Это ведь такой вызов для вас как для специалиста! — попытался я воззвать к его профессиональному эго и, кажется, сработало.

— Кхм-кхм… — Сергей Ильин задумался, а потом всё же сказал: — Я не даю никаких гарантий! Если согласны, то попробуем, попробуем…

Я, конечно же, согласился.

Этим же вечером Ильин уже провел первый сеанс с хранительницей.

А потом у нас с Валерией состоялся праздничный ужин, ведь общий язык они нашли сразу и поладили.

Впервые за долгое время я ложился спать с надеждой.

Глава 54. Это конец

Валерия

Чувство вины последние несколько дней не давало спать.

Мой иннифер ходил мрачнее тучи. И я его понимала. Неделя… Осталась всего неделя. Он злился, часто срывался на своих подчиненных, несколько раз и на мне.