Искупление вины

Как показали свидетели, действовали нападавшие очень грамотно, отличались дерзостью, слаженностью, умело обращались с оружием, налет проходил по всем правилам военного искусства, с умелым командованием, знавшим, что такое военная дисциплина. Не исключено, что на стороне преступников был офицер, имевший серьезный боевой опыт.

Майору Волостнову вскоре стало известно, что в городе объявились трое из сбежавших – связывались с местным криминалитетом, чтобы те помогли им приобрести фальшивые документы. Так что их поимка была вопросом ближайших часов.

Третье марта выдалось необычайно теплым. Солнце палило так, словно намеревалось растопить весь выпавший за зиму снег. К вечеру резко похолодало, и мороз приодел подтаявшие сугробы в ледяную броню.

Волостнов подошел к окну и приоткрыл форточку. Ветер тотчас выдул застоявшийся запах дыма и принес с собой холод, от которого хотелось невольно поежиться.

Сегодня был день рождения жены, и Лев Федорович уже приготовил подарок – жемчужные сережки с золотым колечком.

Лев Федорович сложил документы в одну стопку, тщательно ее выровнял и уложил в несгораемый шкаф, занимавший едва ли не весь правый угол комнаты. На самую верхнюю полку, в качестве укора, он положил папку с делом об ограблении вдовы летчика Героя Советского Союза Никифорова, пропавшего без вести в августе сорок второго.

Прикрыв дверцу сейфа, майор провернул ключ на два оборота. Теперь все, можно считать рабочий день законченным. Надев шинель, он бодро зашагал к двери. Уже закрывая кабинет, услышал, как зазвонил телефон. Пришлось вернуться обратно.

– Майор Волостнов у аппарата, – подняв трубку, бодрым и громким голосом отозвался Лев Федорович.

– Товарищ майор государственной безопасности, это начальник железнодорожной станции Бабаево говорит, Зорькин Яков Петрович.

– Слушаю, что там у вас, – невольно напрягся Волостнов.

Внутри невольно похолодело: неужели что-то стряслось на стратегическом объекте? Нужно усилить охрану мостов, железнодорожных станций опытными людьми. Но где их взять, сейчас они все на фронте.