Искупление вины

Внимательно посмотрев на обер-лейтенанта, выглядевшего взволнованным, спросил:

– Что в них?

– Все три группы сообщают о том, что близ Ленинградского фронта происходит значительное сосредоточение техники."

"Радиостанция «Абверкоманды-104» «Марс» считалась одной из самых мощных в группе армий «Норд», поэтому ею нередко пользовалась войсковая разведка. В этот раз перед агентами, заброшенными в прифронтовую территорию и в глубокий тыл русских, была поставлена конкретная задача: выяснить направление следования военной техники и воинских подразделений.

Полученная информация была стратегически важной. Косвенно ее подтверждали еще четыре группы, заброшенные в районы Рыбинска, Череповца и Ярославля.

Сообщения немедленно следовало передать на набережную Тирпиц в штаб-квартиру «Абвера». А уж там пусть аналитики решают, что с ней делать.

Глава 18. Ставка Гитлера

Последнее слово за фюрером

Весь вчерашний день у Гитлера было скверное настроение. Тому была исключительная причина: после совещания в резиденции «Вольфшанце» личный адъютант Отто Гюнше доложил ему о том, что погиб министр вооружения и боеприпасов Фриц Тодт. Его самолет взлетал с аэродрома под Растенбургом, но неожиданно на высоте тридцати метров взорвался.

Фюрер велел разобраться с произошедшим трагическим случаем самым тщательным образом, но все понимали, что виновных уже не отыскать. В Ставке поползли неясные слухи о том, что в случившемся виновата английская разведка, которая в последний год действовала особенно бесцеремонно.

Следовало решить (и как можно скорее!), кого именно поставить на место погибшего, хотя заменить такого человека, как Фриц Тодт, будет крайне сложно.

Тодт нередко бывал в Ставке Гитлера, добираясь туда курьерским поездом, который курсировал между Берлином и «Вольфшанце». В свой последний приезд он попросил у Гитлера несколько минут, чтобы сообщить ему нечто важное, но фюрер, у которого было назначено оперативное совещание с генералитетом, отказал и предложил встретиться через два дня, когда он будет более свободен. И вот сейчас, мучаясь неизвестностью, он очень сожалел, что не смог выслушать бедного Фрица.