Любовь срывает маски

За год ситуация изменилась кардинально, но Люси по-прежнему не расставалась с ближайшими подругами – Кассандрой Монро и Джейн Лаундз. Да, упрямая мисс Лаундз заслуживала некоторой доли уважения: она умела порадовать Люси, и в этом заключалось ее основное достоинство.

Что же касалось интриги, которую затевали подружки, то Гаррет ясно понимал: придется заняться идеей вплотную, причем поскорее. Скандал до добра не доведет. Почему самоуверенные дамы этого не понимают? Черт подери! Гаррет имел богатый опыт в распутывании замыслов Люси и отлично знал, что по большей части затеи были плохо подготовлены и заканчивались провалом, а если и приводили к счастливой развязке, то предварительно вызывали нестерпимый хаос.

Частое упоминание о выдуманной миссис Банбери уже вызывало тревогу. Что же еще они натворят ради скандала? Опасный вопрос, ответ на который лучше не искать.

Гаррет отошел от окна, улегся на кровать и уставился в расчерченный деревянными стропилами потолок. С досадой потер виски. Сон давно превратился в мучение.

Трудно было вспомнить, когда в последний раз удалось проспать несколько часов подряд. За последние десять лет кошмары стали привычными, но оттого не менее страшными: по несколько раз за ночь он слышал предсмертные крики Гарольда Лэнгфорда и просыпался в холодном поту.

Внезапно Гаррет почувствовал себя изможденным и закрыл глаза. Завтра приедет Изабелла, познакомится со всеми его друзьями. Два мира встретятся и соединятся. Как это будет? Десять лет подряд он делал все, чтобы прошлое и настоящее не пересекались.

Военная служба в Испании и светская жизнь в качестве наследника титула графа Оулдриджа не имели точек соприкосновения и оставались суверенными государствами, населенными разными людьми. Разумеется, за исключением Кларингтона и Свифтона, которые тоже служили в Испании и все понимали. Отличные парни.

Долгое время Гаррет жалел о том, что не погиб на войне. А ведь мог бы. Ему вообще не следовало покупать офицерскую лицензию и отправляться на фронт, особенно после смерти кузена Ральфа.

Если бы Гаррет погиб, графство Оулдридж перешло бы к какому-нибудь неведомому дальнему родственнику или вернулось в казну. Но он все равно это сделал. И выжил, о чем до сих пор жалел.

Он застонал. Еще недавно праздничная предсвадебная суета казалась приятным развлечением: бракосочетание Кассандры и Свифтона искренне радовало. Сам Гаррет не думал о создании семьи, однако не имел ничего против счастья друзей.

Кстати о свадьбе.