Любовь на грани

Его руки аккуратно коснулся кто-то, он тут же опустил глаза. Диана смотрела на него отрешенным взглядом.

– Долго тут нужно быть? – спросила она бесцветным голосом.

– Не знаю даже, – ответил он.

– Я себя плохо чувствую. Пойду, посижу за столиком, – и развернувшись, она ушла обратно.

Ее место тут же заняла Алька.

– Ну и нытик она, тьфу, – театрально сплюнула в сторону Дианы.

Парень одернул сестру.

– Аль, не переигрывай, – сказал он серьезно. – И вообще, где твоя женская солидарность? – вопросительно поднял бровь.

– Максим, ты издеваешься? Какая солидарность, она на семь лет старше меня. А ведет себя как безмозглая набитая… – она помолчала. – Ну, ты понял. Мне ее даже не жалко.

Парень удивленно глянул на сестру.

– А ты не знаешь, кто тот парень? – она указала в сторону все того же паренька. – Я за ним наблюдаю, он классный.

– Нет, Аль, не знаю, – ответил брат. – Раз так интересно, пойди да познакомься.

– Максим, Александра, – послышался голос родителя впереди, и поверх голов собравшихся молодые люди увидели руку мужчины.

– И как это он нас увидел? – недоумевая, произнесла девушка, когда они протискивались сквозь толпу.

– Вячеслав Константинович, – произнес отец, когда Максим вышел с Алей в круг, где стояли хозяева банкета, – познакомься, вот мой Максим, я про него тебе уже рассказывал.

Романов глянул на Максима цепким пронзительным взглядом.

– Приятно познакомиться, – протянул он руку.

Максим пожал ее в ответ, хотя сам понимал, что ему-то вообще до фени их знакомство.

– А это моя жена Виолетта.

Спутница Романова протянула руку, и Макс, легонько пожимая ее пальцы, взглянул на нее пристальнее. Где-то он ее видел и понял, что Виолетта тоже посмотрела на него с интересом, но их зрительный контакт тут же прервался представлением чете Романовых Александры.

Где же он видел эту смазливую блондиночку? Уж ее-то точно невозможно забыть. Блондинистые локоны доходили до поясницы, серо-голубые глаза пронизывали насквозь, только вот точеную фигуру украшал выпуклый живот, который скрывал свободный крой платья.

Максим так и не вспомнил, где ее видел, и, распрощавшись, они отошли от Романовых на несколько шагов. Их места тут же заняли, скрывая из вида пару.

– Ну и расфуфыренная она, – тут же бросила колкое замечание в сторону беременной женщины Аля. – Хоть бы постеснялась так выпячиваться.

Максим засмеялся.

– Что ты смеешься-то? – в недоумении спросила сестра и ткнула парня острым локтем в бок, да с такой силой, что Максу стало больно.