Любовь к драконам обязательна

Нас разделяло особенное расстояние, целомудренное и одновременно интимное. Ровно столько, чтобы толпа зевак не заметила, что на самом деле пространство между нашими облаченными в вечерние наряды телами почти искрилось от напряжения.

Мелодия оборвалась на последней звонкой ноте. Страстный и в то же время невинный танец завершился. Я вдруг осознала, что вместе с нами под музыку давным-давно кружились десятки пар, хотя казалось, будто Гостиный двор опустел.

— Спасибо, — с полуулыбкой Элрой прикоснулся к моей руке губами.

— Мне надо на воздух, — пробормотала я.

— Проводить?

— Нет!

Балкон был пуст, холод распугал даже любителей уединения, только на перилах балюстрады нахохлилась пара голубей. За спиной хлопнули двери, музыка и разговоры стали тише. На улицах горели магические огни. Шары, увенчивающие мачты фонарных столбов, пульсировали мягким светом. По мостовым грохотали редкие поздние кебы. Вдалеке виднелся величественный королевский дворец, стоявший на холме в центре Аскорда. Переливался белыми светляками королевский парк.

Трясущимися пальцами я развязала ленты на маске, несколько раз вдохнула стылый воздух, стараясь отогнать волнение, охватившее меня в зале. Не помогло ни капли, зато затрясло от острой свежести.

— Тереза, ты простудишься, — раздался за спиной голос Таннера, и на плечи лег плед, один из тех, что приготовили для гостей, желающих глотка ночного воздуха после душной бальной залы.

Я вздрогнула, но отказываться не стала, наоборот, натянула повыше и буркнула:

— Как вы меня узнали?

— А ты скрывалась? — Он уже был без маски.

— Вы потратили кучу денег.

— Знаю, но оно того стоило. — Таннер лукаво улыбнулся и объявил: — Сейчас будет салют, Золушка.

Неожиданно со звоном распахнулись двери и выпустили на балкон толпу хмельных, разгоряченных гостей. Мы с Элроем разошлись, сделав вид, будто стоим на благочинном расстоянии в пол руки.

Народ набивался, нас незаметно оттеснили от перил, прижали друг к другу. Среди разноцветных нарядов мелькнуло алое платье Эзры и розовое — Ароны, а между ними задирал голову к небу, сизому от уличной иллюминации, клерк «пять тысяч триста шиллингов в месяц».

— Начинается, — зашепталась толпа, и городское спокойствие потревожил басовитый раскат грома.

Над Гостиным двором вспыхнул алый цветок, разлетевшийся на мириады крошечных искр, и публика восхищенно охнула. Снова прозвучал залп, и сверкающий белый шар распался на звездочки.

— Я должна поблагодарить вас за книгу и за бал.