Любовь и ветер

Так что не выгоняйте, когда он появится, моего мужа. Его имя Чейз Саммерз. Он должен вот-вот приехать.

Глава 42

Погода в середине января была здесь довольно мягкая. Но атмосфера в доме Сильвелов — не слишком. Три дня подряд Джесси пыталась проникнуть к дону Карлосу, но его ни на минуту не оставляли одного. Всякий раз, когда она пыталась войти к нему, ее выдворяли обратно.

Ее постоянно донимала мысль: а что, если дон Карлос умрет до приезда Чейза! Неужели он бы не обрадовался, узнав о сыне? Чейз никогда не простит ей, если отец умрет в неведении.

Ведь она здесь, в этом доме. Когда же наконец приедет Чейз?..

Джесси уже кое-что разузнала о семье дона Карлоса. Маленькая горничная, которую приставили к ней, Эмилия, рассказала, почему Нита так разъярилась. Родители девушки умерли в страшной бедности, и дон Карлос приютил ее у себя. Уже два года она живет под его крышей, отказывается выходить замуж из-за того, что ухаживает за ним. Но причины ее рвения очевидны.

Родриго живет в доме из добрых чувств к дяде.

Сам он довольно состоятельный человек. Его мать вышла замуж умнее, чем ее сестра. Она очень общительна, легка на подъем и сейчас путешествует по Европе, ничего не ведая о болезни брата.

Что же касается здоровья дона Карлоса, то он всегда был весьма бодрым и активным, но жестокая пневмония так ослабила его, что он может только сидеть на постели. И, как водится, на него сразу свалились и другие болезни.

* * *На третий вечер Джесси стала ждать, когда у постели больного Ниту сменит Родриго.

Она вышла из отведенной ей комнаты и на цыпочках прокралась через прихожую. Было еще рано и довольно много времени до десяти вечера, когда подавали ужин.

Из комнаты больного не доносилось ни звука. Может, старик спит, а Родриго сидит у его постели? Когда Джесси в прошлый раз попыталась войти, там сидела старая карга-служанка, которая, как змея, зашипела на нее. Сейчас она надеялась, что Родриго окажется один. С ним она как-нибудь договорится. Это Джесси поняла в первый же день.

Она тихо открыла дверь и двинулась к огромной кровати.

Родриго стоял у окна и смотрел в сад. Кровать была отделена тонкой паутиной шторы, сквозь которую ничего не было видно — в комнате горела одна-единственная лампа.

— Почему вы так его охраняете? У него что-то инфекционное?

— Нет, — прошептал Родриго, — таково указание доктора.

— Но ведь человеку нужен воздух и свет.

— Я согласен. Но я не доктор, и не я решаю, что лучше, что хуже.

— Но существует же здравый смысл.