Любовь и прочие яды

Так вот это вообще бесит!

– Здравствуйте. – Я мило улыбнулась магу. – Меня зовут Хель Лагерра, приятно познакомиться.

Парень посмотрел на меня так, словно только что увидел. В глазах за стеклом очков промелькнули по очереди удивление, любопытство и задумчивость.

– Простите мои манеры, – проговорил маг. – Меня зовут Адам Кинат.

Он кинул на Руэду странный взгляд и добавил:

– Мы с Винсентом учились вместе.

Согласно этикету здесь следовало расшаркаться, поговорить о погоде, о природе и прочей ерунде и лишь после этого, если собеседник не воспользуется любым благовидным предлогом сбежать, задать интересующий вопрос.

– Я так и поняла. Вы приехали на практику? – спросила я в лоб.

– Все верно, – с невозмутимым видом ответил Адам.

Я сделала ну очень круглые глаза:

– А что вы делаете в этой лавке?

– Адам у нас штатный лекарь, – пояснила внезапно подошедшая девчонка.

Я себя считала маленькой и хрупкой, но на фоне этой девицы оказалась просто вышибалой местного кабака.

Впрочем, то, что девушка поднырнула под руку парня и прижалась грудью к его боку, тоже непрозрачно намекало на глубину их отношений.

– Привет, Винсент. Не ожидала тебя здесь встретить.

Руэда промолчал. Кажется, он и сам такого не ожидал.

– Ты тоже целитель? – поинтересовалась я у малютки.

– Не-а. Я маг воздуха. Дуну-плюну – и нет вашего городишки.

И оскалилась так многообещающе, как будто я на ее Адама претендовала. А потом, протянув мне ладошку для рукопожатия, представилась:

– Лотти.

Я с некоторым сомнением посмотрела на протянутую руку, но жать не решилась. Только ответила:

– Приятно познакомиться.

Девчонка фыркнула и посмотрела на своего мага.

– Ты все купил, что хотел? Можем уже наконец уйти отсюда, я устала? – капризно спросила она.

– Ага, – ответил Адам, прижав девушку к себе теснее и погладив по спине прямо до самой пятой точки. – Винсент, может, ты со своей… э-э-э…

– Одногруппницей, – подсказала я, мило улыбнувшись.

– Вы со своей одногруппницей составите нам компанию за ужином? – предложил Адам.

Взгляд парня был красноречивее слов.