Любовь и магия

Как солнце восходит на западе, пусть воскреснет сила древняя. Как горяч север, так пусть сердце горит!"

"Я пошатнулась, придержавшись руками за столик, ожидая, когда перед глазами прекратят плясать разноцветные всполохи. Потом и вовсе опустилась на пол, обняв колени.

– Ранита? – Родерик поднялся на ноги, но не подходил. – Ты закончила?

– Да. Помогите мне встать.

Мужчина поднял меня на руки и отнес к дивану.

– Получилось?

– Это самый мощный из известных мне отворотов, – прохрипела я, чувствуя, как дерет горло.

– Да тут хватит целый город напоить, – хмыкнул Родерик, оценивая объем посудины.

– Разолью по флакончикам и распродам, – пояснила я. – Эта миска потянет золотых на пятьдесят, только бы клиентов найти.

– Дай объявление: «Проверьте, не приворожили ли вас! Гарантия», – рассмеялся мужчина, растирая мне ледяные руки. – И что дальше?

– Если на вашем брате приворот, то зелье его хотя бы ослабит, пока мы не найдем куколку.

– Как?

– Если Милла знает хоть одну ведьму, то она к ней побежит, – заверила я. – А сейчас извините, я хотела бы отдохнуть.

– Да-да, конечно, – заторопился Родерик, укрывая меня одеялом. – Я уже ухожу.

– Приходите завтра в обед, я отдам вам зелье для нее. Одна капля в чай или вино, но, бога ради, не перепутайте бокалы. Иначе меня лишат лицензии.

Мужчина ушел, а, прикрыла глаза, вспоминая, с какой нежностью он грел мне руки.

* * *Утром я прошла к запертому на ключ шкафчику, где хранила опасные зелья. Нужно мне было только одно из них – запрещенное проклятие, за которое мне вполне могли влепить еще два предупреждения.

Выточенный из хрусталя флакончик, который еще моей прабабке служил, а в нем плещется мутная жидкость. Зелье-то запрещенное, но у любой нормальной ведьмы оно есть.

Встретила ночью в темном переулке разбойника, кинула в него таким вот флакончиком – и все. Поминай, как звали.

Разбойника, разумеется, а не ведьму.

Теперь самое главное – смешать сглаз.