Любовь без права выбора

А сразу и не скажешь, что целитель, производящий впечатление хрупкого и достаточно изнеженного создания, способен на подобное!"

"Абальд поманил меня пальцем, и я почему-то послушно подошла к нему, даже не вздумав возмутиться или что-нибудь спросить. Синие глаза мужчины сейчас пылали таким огнем, что казалось немыслимым спорить с ним.

– Тиана, ищи! – скомандовал тем временем целитель, на всякий случай положив руку мне на плечо. Словно боялся, что я убегу от него.

Я могла бы возмутиться его жесту, сказать, что мы не настолько хорошо знакомы, поэтому ему надлежит немедленно отойти от меня подальше.

– Тебе надо – ты и ищи, а то ишь раскомандовался! – огрызнулась призрачная собака, но послушно опустила нос и принялась деловито обнюхивать комнату. Быстро миновала гостиную, выскочила в прихожую и села на пороге заснеженного крыльца, издав тонкий заунывный вой.

Абальд глубоко вздохнул. Я украдкой поглядывала на него, но никак не могла понять, какие эмоции в нем вызвало бегство лучшего друга. С одной стороны, его лоб избороздили глубокие морщины, губы были сложены в неприятную гримасу. Но где-то на самом дне зрачков тлело странное чувство, более всего напоминающее мрачное удовлетворение. Словно он был рад, что Гарольд покинул дом, а не поджидал приятеля в гостиной, освободившись от чар.

– Активируй защиту! – отрывисто приказал Абальд.

– Как ты мне надоел! – тоскливо огрызнулась Тиана.

Следующий поступок псины поверг меня в шок. Она вдруг подняла заднюю лапу и обильно пометила порог.

Естественно, перед нами была не обычная собака, а призрак ее. Поэтому никакой лужи на полу не образовалось. Дверной проем вдруг заволокло белой непрозрачной пеленой, которая вдруг ослепительно вспыхнула, заиграла всеми цветами радуги – и исчезла, словно ее никогда и не было.

– Так-то лучше, – проворчал Абальд. Пояснил в ответ на мой изумленный взгляд: – Теперь я могу закрыть дверь, не опасаясь, что из-за порога на меня нападет какое-нибудь чудовище и утянет в свое логово, где вспорет мне живот и пожрет внутренности.

– Но сейчас ведь день, – робко заметила я. – Разве отродья бога-пасынка…

Однако Абальд меня уже не слушал. Он отправился к двери, что-то бормоча себе под нос о том, что больше никогда и никого не впустит в свой дом.