Любовь без преград

Он не хотел отпускать Джанет.

Ее сердце сжалось.

– Все будет хорошо, – тихо сказала она. – Мой зять обеспечит мне безопасность. Не так ли, сэр Кеннет?

Муж Мэри улыбнулся и выступил вперед.

– Я буду беречь вас, как собственную жизнь, миледи.

Сэр Кеннет протянул руку, и Юэн неохотно отпустил Джанет.

– Я надеюсь на тебя, Лед, – сказал он с чувством.

Юэн, Змей и мужчина, в котором Джанет узнала Маклина, двинулись в путь, но Магнус остановил их.

– «Лучше умереть, чем сдаться!» – провозгласил он их лозунг. Затем обратился к Юэну: – Послушай, Охотник.

Лицо Юэна помрачнело при мысли о том, что случилось с Джанет. Бросив на нее прощальный взгляд, который выражал то, что осталось невысказанным, он вместе с двумя товарищами двинулся в путь.

Джанет хотела вернуть его. Хотела чувствовать его объятия. Хотела уткнуться головой в его грудь, свернуться калачиком, и пусть он пошлет все к черту.

Но они оба должны делать свою работу.

Когда только все это кончится…

Впервые с тех пор, когда она оставила Юэна в ту памятную ночь в сарае, у нее возродилась надежда на то, что они смогут быть вместе.

Глава 25

Замок Данстаффнэйдж, Лорн, Северная Шотландия, канун Рождества 1310 года

Джанет сидела на сундуке в изножье кровати. Служанка только что закончила укладывать ее волосы золотистым венцом, когда раздался стук в дверь.

Она разрешила войти, и в комнате появилась ее сестра-близнец, Мэри.

Удивительная бессловесная связь, которая установилась между сестрами с детства, вернулась к ним, когда они вновь воссоединились.

Эмоции переполняли грудь Джанет. Она не представляла, как сильно соскучилась по сестре, пока Мэри не ворвалась в комнату, где Джанет находилась по прибытии и где леди Хелен, жена Магнуса, обрабатывала ее раны. Сестры взглянули друг на друга и разразились слезами.

Джанет все еще не могла поверить, что сестра простила ее. И если Мэри говорила правду, она никогда не осуждала ее. Сестра не представляла, как много ее прощение значило для Джанет. Казалось, с ее плеч свалился огромный груз. К ее удивлению, разговор о том, что произошло в ту ночь, когда погибли люди Калеба и Макруайри, не возобновлялся.