Любовь без поцелуев (СИ)

Он сейчас за границей.

– В Англии?

Стас не изменился в лице, не побледнел, не дрогнул голос. Просто сгустилось что-то в воздухе.

– Нет, в США. Я отправил его пока к матери."

"В этот момент оба мужчины поняли, что до этого Стас был на взводе и только после этих слов расслабился, угол рта дрогнул.

– Я-я-ясно. Кто это был там? Которые нас тормознули? Что им было от Макса надо?

Анатолий Владимирович чуть не поморщился – этот семнадцатилетний пацан говорил и вёл себя так, будто слов «нет» и «не твоё дело» для него не существовало.

Теперь понятно, почему директор так его не любил.

– Это не твоя забота. Не беспокойся, я сделаю всё, чтобы максимально оградить тебя и Макса от этой истории. Можешь не бояться, никто не будет заводить на тебя дело. Больше тебе знать не нужно.

Стас прищурился – он и не задумывался об этой стороне вопроса. Он сделал то, что именно ему казалось правильным, и ему было абсолютно плевать на людей, которых настигли в темноте его пули. Он защищал Макса и себя. Моральной же стороны для него просто не существовало.

В конце концов, это не первые в его жизни трупы.

– Нужно. А я расскажу, что стало с Мразью, ну, с физруком нашим.

– Я знаю. Повесился, пидор старый, на своё счастье, а то бы я его собственные яйца жрать заставил! Он бы у меня собственным дерьмом блевал!

Стас перевёл взгляд на другого мужчину, стоящего около двери. Ему понравилось, как тот стоит, – ровно, не шевелясь, но не напряженно и не расслабленно. Кажется, именно он тогда первым вбежал на крышу, хотя последние минуты, которые Стас провёл в сознании, были уже абсолютно бредовыми.

Он отчетливо помнил только, как Макс начал смеяться, – своим странным смехом, который звучал страшнее плача. Всё это время Стас больше всего боялся, что после этого всего Макс сойдёт с ума. Или навсегда уедет, чтобы не иметь ничего общего со страной, где его чуть не убили.

– Нет, – спокойно ответил он, разглядывая мужчин. Он нечасто, даже, скорее, никогда не видел таких «серьёзных» людей, даже родители Вовчика не произвели на него такого впечатления, и теперь Стас с интересом юного натуралиста следил за их реакцией.

– Я его убил. Пришёл к нему, принёс водку, типа, выпить вместе. Жахнул туда димедрола, он никакой стал, завернул его в одеяло и в петлю сунул, а потом одеяло убрал.

– Вроде же его племянник говорил, что он один сидел? – осторожно спросил Анатолий Владимирович. История была правдоподобной и в то же время – фантастической.

Стас кивнул. У него было время подумать над этим.